Птицы. Без видимых причин. На грани

Сегодня я, завтра он, послезавтра ты. Примерно так можно охарактеризовать деятельность птиц в этом мрачном рассказе. Только наивный человек может ожидать милосердия от стай птиц, которые из обычных пернатых созданий превратились в жестоких убийц.

Неожиданная напасть свалилась на головы жителей приморской английской деревни. Жители привыкли к морским пейзажам, когда птицы мерно качаются на волнах и не приближаются слишком близко к их домам. Однако теперь от птиц начала исходить без преувеличения экзистенциальная угроза. Кто знает, каковы цели агрессии птиц, если таковые имеются. Кровожадности простые люди могут противопоставить только хитрость и стойкость. В этот момент на сцену выходит Нат, помощник фермера, который знает не понаслышке, что такое борьба за выживание. Он был на войне, после которой прошло не так много времени. Это повышает шансы героя защитить себя, своих детей и жену. Нат - мирный человек, любящий свою семью, но он не собирается относиться к новой угрозе легкомысленно. Также он не слишком рассчитывает на помощь государства. Кто знает, сколько пройдёт времени, пока они разработают действенный план по отражению птичьих атак?

Люди реагируют на угрозу по-разному. Не все разобрались в ситуации, вовремя избавившись от иллюзий. Это в общем-то неудивительно. Перемена оказалась слишком резкой. Разве к такому бедствию можно быть готовым?

Нат, не удовлетворенный разговором, пошагал прочь. Если бы не мертвые птицы на полу — их еще надо собрать и закопать где-нибудь, — он и сам бы принял всю историю за выдумку.

Красной строкой сквозь всё произведение проходит мысль:

Чтобы что-то тебя затронуло по-настоящему, нужно самому это пережить.

Выйти за пределы собственного или знакомого нам опыта бывает непросто.

Нат задался целью превратить свой дом в подобие крепости, где не останется ни одного уязвимого места. Но этого недостаточно. Поведение птиц циклично, и в этом может скрываться их потенциальная слабость. Что не менее важно, нужно быть готовым психологически. Нужно понимать опасность, но не бояться. В конце концов, это всего лишь птицы, какими бы страшными они ни казались и каким бы безумным ни выглядело их поведение. Мы так и не узнаем, руководил ли кто-то птичьими атаками, отдавал ли им приказы. Вполне возможно. При этом птицы в рассказе, если можно так сказать, субъектны. Именно они несут хаос, боль и смерть, а не кто-то где-то там.

Считается, что птицы в истории Дафны - аллегория на воздушные налёты на Британию во время Второй мировой войны или, если расширить, аллегорию на воздушные атаки, как таковые. Смерть приходит с неба, она не выбирает своих жертв, исходя из какой-то логики. Любой может оказаться в числе потерь. Автору удалось передать напряжение, которое вынуждены были ощутить жители деревни. Жизнь для них разделилась на «до » и «после». Каким счастливым должен был казаться семье Ната их быт до того момента, как в их дом вторглись птицы...

Ознакомившись с некоторыми рецензиями, я вспомнила «Чуму» Камю. Там метафорой угрозы, исходящей от адептов античеловечной идеологии, служат крысы. Прочитав рассказ Дюморье, я вижу, что лёгкая перекличка между используемыми в обеих историях метафорами действительно прослеживается.

Сквозь гнетущую и мистическую атмосферу рассказа просматривается действительность, фантастичнее которой (по Достоевскому, например) нет ничего в этом подлунном мире. В центре повествования – обычная семья с двумя детьми, то есть та самая ячейка или составляющая общества. Глава семейства – инвалид войны, получающий пенсию и подрабатывающий на ферме. И неожиданно происходит событие, разделяющее на "до" и "после" жизнь не только самих героев, но и всей их страны, в которой объявляется чрезвычайное положение. Ведь в одну страшную ночь несметные полчища разнообразных птиц, всегда находящихся рядом и хорошо известных местным жителям, вероломно нападают на людей, пытаясь их уничтожить.

«Сколько же миллионов лет в этих жалких птичьих мозгах, за разящими наотмашь клювами и острыми глазами, копился всесокрушающий инстинкт ненависти, который теперь прорвался наружу и заставляет птиц истреблять род человеческий с безошибочным автоматизмом умных машин»

Согласно широко известной теории о стадиях проживания горя, при любом виде утраты (а вторжение в дома мирного населения птиц - это, как минимум, потеря людьми спокойствия) сначала у человека возникает шок и отрицание. «Чтобы что-то тебя затронуло по-настоящему, нужно самому это пережить». У морально подготовленного героя, имеющего за плечами военный опыт, данный этап сократился до минимума. Он быстро взял себя в руки и действовал в соответствии с меняющимися обстоятельствами, защищая свою семью от нашествия злобных птиц, которое он сравнивал с воздушными налётами. «Лучше перестраховаться, чем потом локти кусать». А фермер (работодатель главного персонажа) застрял в отрицании очевидного и не желал расставаться с привычным образом жизни, за что и поплатился.

Главная задача героев рассказа – как можно скорее осознать опасность, адаптироваться к новой реальности и научиться жить рядом с грозными соседями – птицами, которые то агрессивно нападают, то внимательно наблюдают, собираясь с силами, чтобы снова атаковать. И этот алгоритм токсичного птичьего поведения цикличен и подобен чередованию приливов и отливов. Но так как людям окончательно избавиться от пернатого соседства не представляется возможным (так уж распорядилась природа-матушка), то открытый финал – это именно то, что и необходимо в данном случае. И тогда судьбу конкретной семьи можно расширить не только на какую-то страну, но и на неопределённое будущее всего человечества.

Какие же масштабные угрозы могут скрываться под масками-личинами кровожадных птиц? Так как классический символ редко имеет одно единственное значение, то вариантов здесь великое множество: и опасные вирусы (тот же ковид, в частности), и терроризм, и военные конфликты, и вездесущий нарциссизм, и всякие прочие напасти, притаившиеся до поры до времени где-то совсем рядом с нами или даже в нас самих.

Вы привыкли считать фразы вроде «всё изменилось в одночасье» или «десять минут, перевернувшие мир» художественным преувеличением? История леди Фаррен доказывает, что такое случается в повседневной жизни.

Было около половины двенадцатого утра, когда Мэри Фаррен прошла, в охотничью комнату, где хранилось оружие, взяла пистолет своего мужа и зарядила его. После этого она поднесла его к виску и нажала на спусковой крючок.

Такова завязка этой трагичной истории.

Бывает, что слова превращаются в мощное средство воздействия. Несколько вовремя сказанных слов могут вернуть человеку веру в себя, дать полезный импульс или просто поднять настроение на несколько дней вперёд. Однако случаются совсем другие ситуации, когда, казалось вполне невинные, слова приводят к моментальным фатальным последствиям. Слово способно перевернуть жизнь сразу нескольких человек.

Мэри Фаррен умерла, застрелилась в собственном доме. Её поступок выглядит совершенно бессмысленным. Со стороны у молодой женщины было всё благополучно. Она была здорова, счастлива со своим мужем, они ждали ребёнка. Врач склонен утверждать, что у Мэри случилось временное помрачение рассудка. По его словам, состояние беременности могло вызвать краткосрочный импульс, длившийся всего несколько минут, который заставил её совершить непоправимое. Супруг, сэр Фаррен, убит горем. Зачем она это сделала? Зачем? Мотивов не наблюдается, но, возможно, он чего-то не знает. Должна же быть какая-то причина… Или её и правда нет? Блуждание в потёмках и постоянные сомнения становятся невыносимыми. Стремление узнать правду, даже если она омрачит его былое супружеское счастье, заставляет сэра Фаррена нанять частного сыщика. Тот должен вынести окончательный вердикт по поводу смерти его супруги.

Выявлять правду, используя людскую ложь, способ весьма продуктивный.

К такому методу не раз обращается наш детектив. Он и сам не стесняется прибегать к выдумкам, чтобы докопаться до истины, которая, как известно, превыше всего. Детектив последовательно и терпеливо проверяет разные версии, пока не доберётся до сердцевины.

Надо сказать, рассказ Дафны Дюморье оставил у меня грустное послевкусие, хотя написан он в увлекательной и динамичной манере детектива. История молодой женщины вскрывает то, какую печальную роль могут сыграть предрассудки и ханжество в жизни, особенно в жизни совсем юных особ. Показывает, как сложно бывает преодолеть детско-юношескую травму. Настолько трудно, что иногда проще забыть, словно ничего никогда и не было. Амнезия становится своего рода паллиативным средством, позволяющим жить относительно спокойно и счастливо, но не лечащим болезнь. Ведь человеческая память, как дотошный архивариус, редко уничтожает файлы полностью и навсегда. Обычно от них остаётся какой-нибудь след. Тень из прошлого, незаметно подсвечивающая сознание и прокрадывающаяся в настояшее в момент, когда человек совершенно к этому не готов и беззащитен.

Пора заканчивать, а то я боюсь начать выдавать спойлеры. Итак, как вы уже догадались, расследование прольёт свет на некоторые таинственные стороны жизни Мэри Фаррен. Однако удивительным образом первая версия смерти героини окажется верной по своей сути. Был ли тогда смысл в деятельности частного сыщика? На мой взгляд, да. Смог ли он добыть информацию, которая рассказала бы что-то качественно новое о личности леди Фаррен, её характере и душевных качествах? Думаю, что нет. И создаётся впечатление, что сыщик сам это понял в финале, проявив доселе несвойственное ему качество.

Конец мне немного напомнил Вирджиния Вулф - Наследство. Как и в рассказе Вулф, здесь поднимается вопрос «надо ли сообщать правду, если она причиняет сильную боль и может отравить жизнь?» Дюморье ставит эту дилемму дважды, с леди Фаррен и с её супругом.