Môj posledný výdych

Большинство людей выбирают профессию по трём критериям: зарплата, условия работы, продолжительность рабочего дня. Но помните, что, ставя этим критерии на первый план, вы выбираете работу, а не призвание.

Смерть - событие однократное, а вот жизнь со смертельной болезнью - это целый процесс.

Когда в больницу поступает пациент со смертельным мозговым кровотечением, разговор с нейрохирургом оказывает ключевое влияние на восприятие родственниками смерти близкого им человека. Они могут мирно отпустить его («Возможно, пришло его время!») или до конца дней своих испытывать неутихающую боль («Эти врачи не слушали! Они даже не пытались спасти его!»). Когда скальпель бесполезен, слова становятся единственным инструментом хирурга.

Как мало известно врачам о муках, на которые мы обрекаем своих пациентов.

За несколько недель до его смерти, когда мы лежали рядом в нашей постели, я спросила его: "Тебе не тяжело дышать, когда я вот так кладу голову тебе на грудь?" На это он ответил: "Только так я и могу дышать".

Чрезмерно углубляться в статистику - все равно что пытаться утолить жажду соленой водой. Лекарств от страха смерти, к сожалению, пока не существует.

Всё в медицине, не только вскрытие трупов, приступает границы священного. Врачи вторгаются в тело всеми возможными способами. Они видят людей в моменты, когда те сильнее всего напуганы и наиболее уязвимы. Они сопровождают людей, когда те входят в этот мир и когда покидают его.

Груз вины и ответственности как раз и является тем, что делает медицину одновременно священной и ужасной: взваливая на себя чужой крест, ты сам можешь оказаться придавленным его весом.

Мы взвалили на себя тяжкое бремя под названием "смертельная ответственность". Хотя жизнь и личность человека в наших руках, смерть всегда оказывается сильнее. Даже если вы идеальны, мир вокруг таким не является. Даже понимая, что поражение неизбежно, что руки рано или поздно ослушаются, мы все равно продолжаем борьбу ради своих пациентов. Нельзя достичь совершенства, но можно верить в асимптоту, вдоль которой ты беспрестанно движешься вперёд.

Врачи примерно представляют, что значит быть больным, но, пока они сами не заболеют, они не могут понять этого на 100%. Это как влюбиться или родить ребёнка.

Если неизученная жизнь не стоит того, чтобы её проживать, стоит ли непрожитая жизнь её изучения?

За время работы я понял, что пытаться дать точный прогноз безответственно со стороны врача. Меня всегда удивляли мифические врачи, называющие конкретные цифры ("Доктор сказал, что мне осталось жить шесть месяцев"). Кем они себя мнят и откуда у них такие точные данные?

«Будь я писателем, я вел бы журнал смертей разных людей: читая его, люди учились бы не только умирать, но и жить.»

Я не верю ни в мудрость детей, ни в мудрость стариков. Наступает момент, когда весь накопленный опыт стирается деталями существования. Мы никогда не бываем мудрее, чем в настоящий момент.

Мозг дает нам возможность строить отношения и наполнять жизнь смыслом. Но иногда мозг нас подводит.

Смерть - событие однократное, а вот жизнь со смертельной болезнью - это целый процесс. 

Книги стали моими ближайшими друзьями и линзами, позволявшими мне взглянуть на мир по-новому.