Кузнечики считали своим долгом предупредить всех, что лето не может длиться вечно. Даже в самые ясные дни, самые красивые дни в году, когда лето клонится к закату и осень стоит у порога, они упорно твердят о зловещих переменах.

Как чуден мир, когда ты молод!

Уилбур никогда не забыл Шарлотты. Он любил ее детей и внуков, но никто не занял в его сердце места, принадлежащего ей и только ей. Не столь уж часто встречаем мы в жизни верного друга с острым умом и метким словом, а Шарлотта сочетала в себе оба эти достоинства.

И всё это благодаря тому, что кто-то смог вовремя рассмотреть доброту, красоту и благородство скромного маленького существа, такие чудеса способна творить лишь настоящая дружба. Не так часто встречаются те, кто умеет дружить и находить верные слова. Шарлотта умела.

он любил жизнь, и ему нравилось быть частью мира в летний вечер

От спешки и маеты недалеко до беды.

Спи, моя радость, в добре и тепле,
В тёмном сарае на мягкой земле.
Спи, моя прелесть, и страхов не знай:
Полон друзей наш отзывчивый край.
Лёгкие ласточки в гнёзда летят,
Только сверчки всё трещат и трещат,
Только вечернюю славу поёт
Хор лягушачий с далёких болот.

Спи, моя радость, в добре и тепле,
В тёмном сарае на мягкой земле.

- не говори глупостей, Уилбур, - сказала овца-бабушка. - если у тебя появился друг, ты, наверное, мешаешь ему отдыхать, а самый верный способ разрушить всякую дружбу, это разбудить своего друга рано утром, когда у него самый крепкий сон.

Life is always a rich and steady time when you are waiting for something to happen or to hatch.

They just keep trotting back and forth across the bridge thinking there is something better on the other side.

Как всё просто! Чтобы спасти Вилбура, надо обмануть Цукерманов! А если я обманываю насекомых, то наверняка смогу обмануть и людей. Люди не намного умнее насекомых.

"Если это то, что называется свободой, то лучше бы я оставался в сарае!"

Дети более внимательны, чем взрослые.

У меня на сегодня были такие грандиозные планы, а дождь всё испортил, - вздохнул он.

Мне ещё и двух месяцев нет, а я уже устал от жизни.

Разве может быть что-то меньше пустого? Пустота ведь предел всему, и если на месте есть что-то, то это место не пусто, иначе что-то не было бы чем-то, ведь что-то всегда остается чем-то, даже если его очень мало. Но если пустота действительно пустая, в ней не может быть ничего меньше ее самой!

After all, what’s a life, anyway? We’re born, we live a little while, we die.

Never hurry and never worry!