Братья. Книга 2. Царский витязь. Том 2

Самый противный голос становится у человека, униженно молящего.

Муки и тяготы, как всякое зло, нельзя слишком пристально замечать. Иначе оно тебя тоже заметит.

Только батюшка-закон не всех удостаивает равной любви. Милей прочих ему купцы, ремесленники, ростовщики. Те, что и в будни вздевают крашеные одежды, а на вече становятся кругом великой скамьи. Всё на их стороне. Палачи с кнутами, порядчики с копьями, судьи с толстыми книгами. Бедняки у закона в пасынках. Бездомные – вовсе чужане, заведомо виноватые. Им от законов только обиды, да они судьям подарочков и не носят.

Когда жизнь дарит истинные мгновения, мы почему-то спохватываемся лишь задним числом.