Цитаты из книги Он был мой Север

Эмми, Вы непрерывно бродите у меня в голове, как призрак. Мне Вас не хватает. Я соскучился по Вам. Я читаю Ваши мейлы по нескольку раз в день.

Читая Ваши мейлы, я не нахожу в них пауз. Это один сплошной, безостановочный, мощный, полный энергии, живой, даже чуть взволнованный монолог.

«Глупо грустить по старым временам. Если ты грустишь по старым временам, значит, ты - плаксивая старуха.»

Я для Вас как секс по телефону, только без секса и без телефона. То есть компьютерный секс, только без секса и картинок, которые можно загружать.

Через сорок секунд RE: Если мой ответ не покажется Вам чересчур кратким — ДА!

Через полторы минуты RE: «ДА» на вопрос, требующий «ДА», не может быть чересчур кратким.

Музыка - это жизнь.Пока она звучит,ничто не умирает навсегда.

Признайтесь наконец,что целью Вашего виртуального набата в десять часов вечера был совсем не просмотр детских фотографий.(Может,у Вас есть еще и коллекция марок?Тогда бы я,разумеется,немедленно приехала...)

задним числом часто видишь возможности, которые изначально казалиь совершенно исклюительными.

Я желаю быть примитивным ровно настолько, насколько есть.

... нравится себе самому легче, чем нравится другому.

Иы пытаемся ситать между строк, между слов и скоро уже, наверное, начнём читать между букв.

Типичный пример ошибки молодости: в девятнадцать лет знакомишься с мужчиной - снаружи Адонис, ходячий контейнер с тестостероном, настоящий секс-робот, внутри - абсолютно полый, особенно черепная коробка. Проходит два года тщетных ожиданий и надежд, пока он наконец не открывает рот. И все очарование - как ветром сдуло. Тебе уже 21, и ты, конечно, немедленно знакомишься с точно таким же шикарным манекеном. И думаешь: на этот раз наверняка что-нибудь будет и внутри. И опять осечка.

Близость — это не устранение дистанции, а ее преодоление.

Задним числом часто видишь возможности, которые изначально казались совершенно исключенными. Причём они часто оказываются даже не самыми плохим возможностями.

Горючая смесь тоски и виски, конечно, может вылиться в послание, пропитанное горьким сознанием одиночества и сиротства, но это сознание обычно улетучивается самое позднее на следующее утро вместе с остатками сна.

“Вам не хватает, вероятно, всего-навсего маленького воображаемого внебрачного приключения, немного косметики для Вашей слегка потускневшей эмоциональной повседневности.”

Вы занимаете пару квадратных миллиметров моего головного мозга (или мозжечка, или гипофиза — представления не имею, какая часть мозга заведует мыслями о людях, подобных Вам). Вы прочно обосновались там, стали, так сказать, на якорь. ....... Не снимайтесь с якоря, не покидайте кору моего головного мозга. Вы мне нужны! Я очень… ценю Вас!

Ей не нравится, как я говорю о Бернарде. Ей не нравится, как я говорю о своей супружеской жизни. Ей не нравится, как я говорю о своей семье. Ей не нравится, как я говорю о своих мейлах. Ей не нравится, как я говорю о своем… как я говорю о Лео. Ей не нравится, как я говорю. Ей не нравится, что я вообще говорю. Ей не нравлюсь я сама.

Мы считали друг друга «любовью всей жизни». Но это только когда мы в очередной раз были в разлуке и пытались вновь соединиться. Остальное время мы так не считали.