Uncle Tom’s Cabin

«Мне легче научить добру двадцать человек, чем применить собственные уроки к самой себе» - Шекспир.

Религия! Разве в церкви нас учат религии? Разве то, что можно вертеть и так иссяк, поднимать ввысь, швырять наземь, совать во все грязные закоулки нашего чёрствого, погруженного в мирскую суету обществ, - это религия? Разве во мне - человеке мирском - меньше чувства справедливости и чести, меньше внимания к людям, меньше великодушия, чем в вашей религии? Нет! Если уж искать её, так не у себя под ногами, а там – выше.

Люди отнюдь не стремятся к непогрешимой истине, им куда проще подгонять свои мысли и поступки под общий ранжир.

Струны на арфе наших чувств натянуты так искусно, что только сокрушительный удар может порвать их и нарушить её строй.

Сердце его обливалось кровью при виде несчастной женщины, при виде этой живой, страдающей вещи, - вещи, наделенной бессмертной душой, но равной, согласно американским законам, тем ящикам с товарами и кипами хлопка, на которых она лежала теперь, точно сломанная тростинка.

Как странно, что прошлое подчас встает перед нами как живое.

Брань и порка все равно что опиц — по мере того как восприимчивость к нему притупляется, дозу надо увеличивать

Верьте мне, мистер Джордж, мно прекрасного Господь даёт нам дважды, но мать у нас одна и другой не будет