У нас существовала семейная игра, придуманная Мэдж и ее другом, — она называлась «Мужья Агаты». Игра состояла в том, что среди окружающих выбирали двух или максимум трех наиболее отталкивающего вида мужчин, и я должна была выбрать одного из них себе в мужья, под страхом смерти или самых изощренных китайских пыток.
— Ну-ка, Агата, кого ты выбираешь, этого прыщавого толстяка с перхотью или вон того брюнета с выпученными глазами, — чистая горилла?
— О нет, я не могу, они такие страшные!
— Ты должна. Выбирай. Иначе иголки под ногти или пытка водой.
— Ладно. Тогда гориллу.
В конце концов у нас выработался обычай называть самых уродливых мужчин «мужьями Агаты»:
— Ой, посмотрите, вот это уж действительно урод — настоящий муж для Агаты."