Цитаты из книги Амстердам

Была идея, четверть идеи, и, пока не улетучилась, надо успеть к роялю.

Все идеи, приходившие в голову, были плоскими. Его нельзя подпускать к этой симфонии; он недостоин своего творения.

Становилось ясно, что у него отняли шедевр, вершинное произведение всей его жизни. Эта симфония научила бы публику, как надо слушать — слышать — все, что он написал прежде. А теперь доказательство, знак гения — испорчены, украдено величие.

... после отставки Гармони. Лицемерие будет разоблачено, страна не уйдет из Европы, смертная казнь и воинская повинность так и останутся мечтой полоумных, социальное обеспечение в той или иной форме сохранится, у окружающей среды не отнимут будущее, и Вернону хотелось запеть.

... Теперь ему казалось странным, что еще недавно его мучило онемение в черепе и чувство, что он не существует, и из-за этого он боялся обезуметь и умереть. [...] Теперь его переполняла жизнь и ощущение цели. Жива его кампания, и потому жив он.

... В краткие мгновения, когда он оставался один, дневной свет гас. И даже наступившая темнота никого конкретно не обступала, никому не причиняла неудобств. Не было даже уверенности, что отсутствует именно он.

<Тема его размышлений неприменно вернется и лучше разобраться с ней сейчас , чем тащить ее с собой в поход завтра >

Невообразимая древность гор и обтянувшая их плотная сетка живого напомнят ему, что он – часть этого порядка, причём незначительная, и он станет свободен.

We know so little about each other. We lie mostly submerged, like ice floes, with our visible social selves projecting only cool and white. Here was a rare sight below the waves, of a man's privacy and turmoil, of his dignity upended by the overpowering necessity of pure fantasy, pure thought, by the irreducible human element - mind.

Воинственность - плохая помощница сосредоточенности, также как три джина с бутылкой вина.

Он не сомневался в возвышенности призвания - но дурные замашки не являются его частью.

"Письмо отправленное в ярости, лишь вкладывает оружие в руки твоего врага"

Ми так мало знаємо одне одного! Ми переважно сховані під водою, як айсберг, а суспільству помітний лише холодний і білий виступ.

Якщо ж порівнювати з існуванням будь-якої іншої живої форми на землі, людський проект виявився не просто провальним - він був помилковим від самого початку.