Слова, из которых мы сотканы

В Уэльсе умерли ее мать и отец. Там умерло ее детство ...

Каждый ребенок олицетворял целую увлекательную историю встреч и расставаний, причин и следствий, и каждый из них мог создать собственную новую историю. Это было умопомрачительно.

Each child represented a whole fascinating story of meetings and feelings and moments and consequences, and each child would go on to make their own stories too.

She’d once read that David Attenborough had been asked what was the most incredible animal he’d ever seen, and he’d replied: A two-year-old child.

Дин поднес зажженную спичку к сигарете и закурил. Лидия наблюдала за ним, подавляя материнское желание сказать, что ему не следует этого делать, что это вредно и лучше прекратить, пока не поздно. Но у Дина была мать. Это ее работа.

- С тех пор как я зарегистрировалась в реестре, меня не покидает чувство, как будто чего-то не хватает. Более того, я чувствую себя так, как будто должна быть где-то… как будто у меня в жизни есть незавершенное дело. Я была так настроена жить дальше, не встречаясь с этим человеком, так уверена, что моей мамы и отца будет достаточно, а теперь… Этого больше недостаточно, понимаешь? Мне  этого недостаточно!

... может, он проснулся однажды утром посреди своей великолепной жизни, улыбнулся своей великолепной жене, приготовил завтрак для своих великолепных детей, сел в свою «ламборджини» и подумал: «Может быть, сегодня?» Понимаешь, настал тот самый день. Может быть, он вышел на связь именно потому, что достиг настоящего величия?

Он чувствовал себя мелким зверьком. Городским грызуном, паразитом, которого отлавливают в пластиковую коробку, кладут в белый фургон и увозят куда-то для уничтожения. Он не был частью этого общества, ему не было места в этом мире.

С Лидией все было подругому. Он не мог сделать так, чтобы она заткнулась, потому что все ее слова имели смысл. Потому что к ней стоило прислушаться. Она говорила вещи, которые ему нужно было услышать. Но Дин не хотел их слушать.

Дин никогда не пытался заткнуть рот своей матери, потому что она никогда не говорила ему того, чего он не хотел слышать.

Дин смотрел на тлеющий кончик сигареты и вспоминал, как обещал Скай, что бросит курить. И вот что получилось. Он ни на секунду не поверил в свое обещание. Он сказал это, чтобы Скай заткнулась...

-  Знаешь что, – тихо сказал он, – когда я впервые увидел этого ребенка, когда ее только вытащили наружу и она посмотрела на меня, даже тогда я понял, хотя она была крошечной, скрюченной, синей и покрытой кровью и слизью, даже тогда я понял, какая она умная. И когда я это увидел, я понял, что не смогу ничего сделать. Даже тогда я знал, что недостаточно хорош для нее…

- ... Чем я отличаюсь от других? Что отличает моего ребенка от других?
– Ты, – ответила Лидия. – Ты отличаешь своего ребенка от других.

... мой отец был не просто жестоким и хладнокровным, нелюбящим старым козлом, но еще и проклятым убийцей.

Это было совсем не то, что Мэгги в другое время посчитала бы обычным для себя, но и ситуация была необычной. Обычные правила здесь не действовали.

– Ох, Мэгги. – Дэниэл улыбнулся и слабо пожал ее руку. – Как вы можете меня расстроить? Я и представить не могу, что вы кого-то расстроили за всю вашу жизнь!
Мэгги улыбнулась, гордясь осознанием того, что он, скорее всего, совершенно прав.

- ... Я хочу знать, что они счастливы, что они выросли умными и красивыми и что они рады своему появлению на свет. Понимаете, что они не сердятся на меня за это. И даже если сердятся, я все равно хочу знать.

... она смотрела, как завернутого в одеяло ребенка передают из рук в руки и каждый хочет дотронуться до него и подержать, как будто он был амулетом, наделенным сверхъестественной силой. Лица были умильными и алчными, словно они пытались что-то вытянуть из младенца. А сам младенец был похож на вялый комок мяса, покорный и странно тихий. Он не был хорошеньким.

Смерть не просто бьет палкой и уходит, оставляя тебя умирать. Сначала она играет с тобой. Смерть сует твою голову в унитаз в знак неизбежной кончины, а потом за шиворот вытаскивает тебя обратно. Смерть была не так проста, как представляла Мэгги.