История советского театра: академично и увлекательно
«Культурный цикл: театральная режиссура от шестидесятников к поколению post» Исследовательская работа Полины Борисовны Богдановой по существу историческая. Концепция культурного цикла кристально структурирует шестьдесят лет отечественной театральной режиссуры. С одной стороны, о шестидесятниках и семидесятниках написано немало, но здесь прослежена парадигма поисков и воплощений ставших уже классиками режиссеров под общим знаменем взаимоотношений с государственной тоталитарной системой. Кроме того, Богданова возносит весь театральный процесс к эпохе Просвещения, ставя читателей на порог нового культурного цикла в предвкушении неясных еще, но точно поворотных изменений во всем мировом театре.
Откровением стала теория о том, что поколение «новой драмы» и постдраматического театра может считаться угасанием, снятием того самого культурного цикла, который начался в 1960-е годы. На фоне эйфории, возводящей в культ современных молодых (и не совсем) режиссеров, властителей дум критиков и околотеатральной интеллигенции, оценка их деятельности может показаться прямой и нелицеприятной. Но на самом деле оценки нет, а есть последовательное доказательство изживания идей «золотого десятилетия» советской режиссуры в формах, хлынувших с Запада с большим запозданием. Автор смело вводит такие определения, как «трэш-реальность», «пофигизм», выясняет сущность российского постмодерна, который жадно высасывает соки из негативизации тоталитарного наследия средствами без этических и эстетических границ. И совершенно справедливо подмечает коммерческий успех, ободряющий режиссеров, позволяющий им подтягивать до себя незамысловатую публику. Богданова сомневается, что такой зритель правильно понимает истинные задачи и мировоззрение творцов, но зато он восторженно реагирует на трэш, деконструкцию и разнообразные аттракционы постдраматического театра. От себя бы добавил, что немало образцов таких аттракционов есть в европейской балаганной традиции. Облагороженные высокими философскими идеями, они для большинства зрителей по-прежнему остаются развлечением за их же собственные деньги. И, даже чувствуя себе обманутыми, они не могут признаться в этом окружающим. У исследования есть еще одна огромная практическая ценность. Это увлекательный рассказ о театре второй половины XX века, где есть ясные режиссерские портреты, выстроенные в динамичную систему, анализ знаковых спектаклей и ролей. Движение от поколения к поколению позволяет увидеть идеологические и эстетические трансформации, которые происходили под влиянием личностей, вписавших свои имена в театральную историю. Несмотря на строгий исследовательский тон, возникает живое и близкое общение с целыми эпохами. Структурирующие тезисы не позволяют заблудиться в больших временных отрезках и служат своеобразными «точками сохранения», возвращая читателя к ранее усвоенному материалу.
Поколение post тоже уже воспринимается как история, хотя все, кого упоминает исследователь, еще в строю. Но это позволяет оценить стройность и завершенность предложенной концепции культурного цикла.
«Театр Анатолия Васильева 1970-1980-х гг. Метод и эстетика» Работа, несмотря на небольшой объем, еще один основательный кирпичик в масштабном исследовании театра Анатолия Васильева, которым Полина Борисовна Богданова занимается десятилетиями. По сравнению с «Логикой перемен» здесь взят всего лишь начальный период в творческой биографии режиссера. И скрупулезно описан в своей эстетической завершенности.
Невероятно ценными оказываются подробнейшие записи первых спектаклей, ставших театральной историей. Сцена за сценой исследователь восстанавливает постановки от «Первого варианта «Вассы Железновой» до эскиза со студентами «Утиной охоты». Для читателя благодаря этим реконструкциям эстетика Васильева становится практически осязаемой. Точнее, историческая парадигма смены и развития эстетических предпочтений режиссера на протяжении двух десятилетий. Практики Васильева на московских сценах, по мнению Богдановой, обладают чертами постмодернизма, что на общем фоне течения театральной мысли второй половины века выглядит и бунтарством и мирным отходом от исчерпывающего себя официального метода.
Уход от социальности, призывание призраков Серебряного века и работа с драматургией «новой волны», делают фигуру Анатолия Васильева несколько романтизированной, нездешней. Своеобразный релятивизм режиссера, то, что автор исследования называет «субъективным реализмом», создавал совершенно параллельную действительность миру за пределами театра. И Богданова упрекает критику тех десятилетий, да и более позднюю, в исторической ретроспективе так и не оказавшуюся способной осознать последовательную тонкость васильевской эстетики.
Поскольку работа написана в тесном сотрудничестве с героем исследования, в ней много прямой речи Васильева. Но, что примечательно, голос ученого здесь постоянно направляет и теоретически уточняет размышления режиссера. Поиск методологических определений пройденного пути порой жестко, но убедительно встраивается в аналитический каркас, учитывающий всесторонний подход к творческому наследию. В книге довольно много отступлений от главной темы, характеризующих описываемую эпоху и коллег Васильева по режиссерскому цеху. Это создает очень удобные подпорки для читателя, которые позволяют легко восстановить общий фон, на котором разворачивается глубокий и подробный рассказ о противоречивом и изысканном театре Анатолия Васильева.
8 понравилось
