Всё та же я

Если вы реально богаты, для вас не писаны правила, действующие для обычных людей.

Как это, должно быть, чудесно — рождать подобную красоту!

Жизнь так часто била ее, что она решила: куда безопаснее оставаться не похожей на себя. Ведь существует масса версий нас самих, которые мы можем выбрать.

Самоуверенность в сочетании с острым умом, аура сильного мужчины, способного отбить любую твою подачу, и этот взгляд, от которого я вдруг почувствовала себя выпотрошенной.

Оказывается, лучшее лекарство от страданий после потери второй самой большой любви всей твоей жизни, которое я всем настоятельно рекомендую, – это рождественский каминг-аут твоей сестры, особенно, если её избранницей является цветная молодая женщина по имени Эдвина.

Думаю, самое время, моя дорогая, решить для себя, кем на самом деле является Луиза Кларк.

Будь доброй к человеку, повернувшемуся к тебе лицом.

Познай сначала, кто ты есть, и вот так украшай себя.

Будь ты проклят, Сэм! Будь ты проклят, что заставил меня поверить, что я могу рискнуть ещё раз!

Я выключила зажигание, мотор заглох. А вместе с ним и все мои мечты, что я так долго лелеяла.

А как они на меня смотрят! А я вовсе не такая, как они утверждают. Я говорю на четырёх языках. Играю на фортепиано. Защитила диплом по терапевтическому массажу. А знаешь, на каком языке она говорит? На лицемерном.

У людей короткая память.

Домой я вернулась уже затемно - достаточно усталая и продрогшая, чтобы успокоиться и не поддаться этому характерному чувству, будто, оставаясь вечером дома, ты упускаешь нечто важное.

Но если в большом городе в пятницу вечером ты сидишь совершенно одна и тебе явно ничего не светит, то волей-неволей начинаешь чувствовать себя… почти неудачницей.

Вонючий тупоголовый кусок дерьма! Я с ним в одном поле даже срать не села бы.

Мисс Луиза, богатые живут совсем не так, как мы с вами. А богатые из Нью-Йорка вообще живут не так, как все

когда за нами закрылись двери лифта, он притянул меня к себе, взял мое лицо в ладони и снова поцеловал.
– Ты это специально, чтобы я заткнулась? – поинтересовалась я.
– Нет. Потому что мне этого не хватало все четыре бесконечные недели, и теперь я собираюсь это делать столько раз, сколько получится, до самого отъезда.
– Мне нравится ход твоих мыслей.
– Всю дорогу готовился.

- Это он о наркотиках, проститутках и борделях? — шепотом спросила я, когда за нами закрылись двери грузового лифта.

— Нет. Это он о театральных билетах, столиках в ресторане и первоклассных химчистках, — ответил Натан. — Мы ведь на Пятой авеню. Господи! Чем ты занималась у себя в Лондоне?