The Joy Luck Club

Я училась жить на западный лад. Я старалась говорить, точно у меня полон рот камней. Я вырастила дочь, наблюдая за ней с другого берега. Я приняла ее американские пути.

Не знаю, написано ли что-нибудь по этому поводу в законах, но китайской матери нельзя сказать, чтобы она замолчала. Это все равно что предложить помощь собственному убийце.

В ту ночь я объелась. Я стащила большую коробку клубничного мороженого из морозилки и проталкивала в себя ложку за ложкой, после чего несколько часов меня рвало в коробку от мороженого. Я сидела, сгорбившись, на пожарной лестнице у себя на балконе и, помню, удивлялась, почему мне было так плохо, когда я съела столько хорошего, и стало так хорошо, когда меня вырвало какой-то гадостью.

Когда мне хочется, чтобы что-то произошло — или не произошло, — я начинаю мысленно связывать между собой все, имеющее к этому хоть какое-то отношение, что как бы дает мне возможность управлять событиями.

С утра он довел меня до белого каления, да и сам был ужасно раздражен. Перед тем как мы поехали за мамой, он сказал:
— Справедливости ради ты должна заплатить за средство от блох, потому что Миругей твой кот и, значит, блохи твои. Ты так не считаешь?

Я теряла себя постепенно. Годами я терла свое лицо, смывая с него боль: так вода окатывает камни, сглаживая царапины.

Все эти годы я скрывала свою истинную натуру, стараясь казаться незаметной тенью, которую никому не ухватить. И поскольку я так долго скрывалась, сейчас меня не видит даже моя собственная дочь.

- Харольд, я люблю тебя.
Подавая машину назад, он взглянул в зеркало заднего вида и произнес:

• Я тоже тебя люблю. Ты заперла дверь?

Можно потерять свой шанс навсегда, если не пытаться его удержать.

Когда человеку кажется, что его жизнь близка к концу, у него появляются странные мысли.