Цитаты из книги Тайна отца Брауна

Самое странное в чудесах то, что они случаются

Только тот, кто ничего не смыслит в моторах, попытается ехать без бензина; только тот, кто ничего не смыслит в разуме, попытается размышлять без твердой, неоспоримой основы.

Те, кто жалуется, – просто обычные, хорошие, надоедливые люди; я ничего против них не имею. Но те, кто жалуется, что никогда не жалуется, – это черт знает что!

Половина современных политических деятелей состоит из богатых людей, шантажирующих народ.

Одни боятся зла, потому что оно далеко. Другие – потому что оно близко.

Люди, преданные важной теории, любят применять ее к пустякам.

— А все же я думаю, что другие миры могут подняться выше нашего разума. Неисповедима тайна небес, и я склоняю голову. — И, не поднимая головы, не меняя интонации, прибавил: — Давайте–ка сюда этот крест. Мы тут одни, и я вас могу распотрошить, как чучело.

Мистер Мандевиль был настоящий англичанин и поэтому считал, что все иностранцы сумасшедшие.

Человек никогда не будет хорошим, пока не поймет, какой он плохой или каким плохим он мог бы стать; пока он не поймет, как мало права у него ухмыляться и толковать о «преступниках», словно это обезьяны где-нибудь в дальнем лесу; пока он не перестанет так гнусно обманывать себя, так глупо болтать о «низшем типе» и «порочном черепе»; пока он не выжмет из своей души последней капли фарисейского елея; пока надеется загнать преступника и накрыть его сачком, как насекомое.

Когда Валантэн ничего не знал, он применял свой метод. Он полагался на непредвиденное. Если он не мог идти разумным путем, он тщательно и скрупулезно действовал вопреки разуму.

- ...Ограниченные, неумные преступники всегда рабы всевозможных условностей. Оттого они и становятся преступниками.

Преступник - творец, сыщик - критик

– Как же она умерла? – нетерпеливо спросил Фламбо. – Ее убили. – Так она же была одна! – возразил сыщик. – Ее убили, когда она была одна, – ответил священник.

Мы нашли истину, и в истине нет смысла.

Иногда труднее вообразить истинное происшествие, чем вымышленное.

Мне кажется, самое трудное – убедить человека, что ноль плюс ноль плюс ноль равняется нулю. Люди верят в самые невероятные вещи, если они повторяются.

Он основал в Лондоне знаменитую фирму «Тирольское молоко», у которой не было ни коров, ни доярок, ни бидонов, ни молока, зато были тысячи клиентов; обслуживал он их очень просто: переставлял к их дверям чужие бидоны.

Он пылко спорил с поваром, уроженцем Мальты, чье горестное, изможденное, желтое лицо не совсем удачно сочеталось со снежно-белым колпаком. Повар горевал не зря: майор увлекался кулинарией и, как все любители, знал больше, чем профессионал.