Живой текст. Как создавать глубокую и правдоподобную прозу

С книгами для писателей обычно две проблемы. Либо они толкуют о божественном начале в любом проявлении творчества, и воду из них можно отжимать литрами. Либо написаны людьми, не являющимися для нас, русскоязычных читателей и потенциально писателей, признанными авторитетами. Как бы далёк от меня ни был жанр, в котором работает Стивен Кинг, я не могу сомневаться в его мастерстве и авторитете, и готова прислушиваться к его советам. Я с руками бы оторвала книгу по писательскому мастерству от Дины Рубиной или Бориса Акунина. Но книги Карен Визнер я не читала, и познакомиться с ними не могу, хотя честно старалась. Однако Гугл на мои запросы отвечал недоумённым молчанием и упорно подсовывал «Живой текст», с которого всё и началось.

Ладно, признаем, не всю хорошую литературу уже перевели на русский. Может быть, до Визнер просто дело не дошло. Я бы не придиралась, и поверила в авторитет автора по умолчанию, если бы не ряд очень спорных высказываний, на которые то и дело натыкалась в «Живом тексте». Но сначала о плюсах этой книги. Автор умеет мыслить системно и в систему же приводить всё, над чем работает. В том числе творческий процесс. А творцам этого часто недостаёт. Поэтому книгу можно смело читать именно как учебник для писателей (а не очередной мотиватор). Здесь вам и способы завершения сюжета, и анатомия эпизода, и советы по созданию реалистичных героев, и логика повествования. Можно почерпнуть что-то новое или вспомнить забытое старое. Например, я выписала, что «проблемы героя должен решить сам герой» или совет завести папку для набросков ещё не до конца родившегося сюжета. Что? Не очень оригинально? Ну вот так.

У книги есть общий знаменатель, к которому приводится каждая глава – трёхмерность повествования. Автор обещает, что научит нас создавать трёхмерный текст. И я, наивная, думала, что трёхмерность – это как у Рубиной, когда ты стоишь вместе с героиней в яблоневом саду, и видишь этот сад, ощущаешь запах яблок, чувствуешь прикосновение ветра к голым плечам, и даже во рту у тебя, сидящей на самом деле дома с книгой, вкус алма-атинских яблок. А вот ничего подобного. Под трёхмерностью автор понимает наличие трёх измерений: настоящего (конфликт здесь и сейчас), прошлого (предыстория) и будущего (возможный вектор развития). Короче, если твоя героиня ест в саду яблоко, то в прошлом она наверняка посадила яблоневый сад, а в будущем это яблоко окажется причиной крушения мира. Издеваюсь, да. А автор не издевается, когда предлагает каждого героя, каждый поворот сюжета, каждый эпизод заранее прописывать в таком ключе? И таблицы составлять. Хм, так я бы не в писатели шла, а в инженеры.

Вернёмся к объективности. Таблицы и схемы действительно выручают, когда у тебя несколько сюжетных линий, много героев. И даже матёрому гуманитарию без них не обойтись. И я бы не язвила в каждом абзаце, если бы автор просто предложил свой метод. По-дружески предложил. Но с середины книги Карен Визнер всё чаще и чаще повторяет, что только так и никак иначе можно написать достойную книгу. Что если вы до того, как написать первое слово нового романа, не прописали весь план от первого до последнего эпизода, не составили все сто пятьдесят таблиц, шаблоны которых приведены в конце книги, не знаете, чем закончится ваша книга, то напишете вы полное г..о. Без вариантов. Плоскую и неинтересную книгу, которую никто не будет читать.

Автор так рьяно отстаивает свой метод, что не допускает даже мысли о том, что люди разные. И писатели разные. И творческий аппарат работает у них по-разному. Откройте книгу «Литературный мастер-класс» Юргена Вольфа, где он собирал высказывания о творчестве сотен разных писателей, от классиков до современников, и вы убедитесь, как многообразны подходы к творчеству. И все они норма! (Читать с интонациями Малышевой). И нельзя с апломбом заявлять, что твой метод единственно правильный, а ты, юный писатель, если не знаешь всю историю до конца, даже не смей браться за клавиатуру. Потому что юный писатель, к сожалению, может поверить. Он и так ни в чём не уверен. Нельзя рубить людям крылья и загонять их в рамки пусть даже самого прекрасного метода, который позволил автору написать 125 книг в 17-ти сериях. И выпускать по четыре книги в год. А лично для меня эти результаты вообще не кажутся достижением. Мне не надо четыре в год, мне хватит одной, можно даже раз в два года. Или в три. Но чтоб хорошая. Чтобы за душу читателя брала. Чтобы ветер по плечам и вкус яблок во рту.

Я не отрицаю метод автора. Но я точно знаю, что есть два лагеря: писатели, которые заранее всё планируют и выстраивают, и писатели, которые до последней страницы не знают, чем закончится история. Они её сами себе рассказывают, пока пишут. И прекрасные книги могут получаться и у тех, и у других.

Но прочитать «Живой текст» стоит. Во-первых, вдруг вы из первого лагеря? И для вас книга окажется очень полезной. Во-вторых, и писатели-раздолбаи, как я, найдут в ней пару-тройку ценных мыслей. И, возможно, хотя бы попытаются придать своему творческому бардаку видимость порядка. Только, пожалуйста, не считайте, что с вами что-то не так.

Всегда начинайте работу с этапа планирования, закладывайте три необходимых измерения в сюжет, антураж, образы героев. Если хотите писать живо, то и учитель у живописцев: работайте послойно. Только тогда ваш текст заиграет яркими красками, а читателю захочется как можно скорее ступить в изображённый вами мир и пройти по нему вслед за вашими героями. Карен Визнер "Живой текст. Как создавать глубокую и правдоподобную прозу"

Кого стоит слушать: состоявшегося автора или начинающего писателя, который волею случая выбился в люди и с успехом опубликовал первые две-три свои книги? Кто посоветует какой-либо путь туда, к писательскому успеху? Кто расскажет, какого алгоритма придерживаться и как себя вести со словами, которые то текут рекой, то сочатся через силу? И последний вопрос: какой системы придерживаться после каждой прочтённой книги для "начинающих и устаканившихся авторов"?

Чтобы ответить хотя бы на один вопрос, придётся проштудировать не одну настольную книгу так называемого писательского мастерства. Чтобы выявить что-то полезное для себя и понять суть будущей работы, необходимо отфильтровать баснословное количество информации. Взять один совет от одного автора, приправить примерами работы другого, залить всё рабочим графиком третьего и возможно после этого вы получите рецепт продуктивной писательской карьеры для себя любимого. Но это ещё не всё. Годы практики, месяцы планирования, дни напролёт сидя за столом, бессонные часы в ожидании музы, потраченные секунды на прокрастинацию, потому что муза задерживается - и это не всё, что вас будет ожидать в дальнейшем. Вы всё ещё уверены, что хотите писать и радовать читателей своими идеями и безупречным слогом? Тогда попробуйте метод планирования от Карен Визнер. По крайней мере, с вами ничего не станет, если вы просто попробуете, авось он вам подойдёт.

Аннотация к книге Карен Визнер обещает, что с помощью "Живого текста" читатель научится писать не банально и не плоско и создавать захватывающие сюжеты и правдоподобных персонажей. Звучит заманчиво, однако под красочной вывеской пытаются продать сомнительного качества товар.

В предисловии автор дает определение трехмерного текста как "правдоподобного, реалистичного, детального, красочного". В нем есть глубина. Не текст, в общем, а мечта. Любой автор, который пробует силы в создании художественной литературы, хочет написать подобный. К обещаниям помочь в этом благородном деле Карен Визнер прилагает свой собственный метод, в котором для придания тексту глубины внезапно упор делается на эволюцию героев и антуража на оси времени, и измерения текста - это прошлое, настоящее и будущее. Перенос кажется несколько надуманным. Как будто автор отталкивалась от магического числа три. Почему бы тогда не взять с тем же успехом за измерения знакомую со школьных времен триаду "скорость - время - расстояние"? Будет у нас глубина текста создаваться темпом, ритмом и длиной!

Но шутки в сторону. Авторский метод есть авторский, он может подходить или не подходить конкретному человеку. Однако после предисловия читателя ждут пять нудных и затянутых глав. Если отжать из них воду и выкинуть повторы, останутся примерно такие тезисы:

- В художественном тексте должны быть герои, сюжет и антураж.
- Характер героя не может возникнуть на пустом месте, у персонажа должна быть предыстория.
- У героя должна быть цель.
- Чтобы создать убедительный мир внутри произведения, надо прописать антураж, и т. д.

И вот вроде бы и не поспоришь. Только эти вещи очевидны человеку, который прочитал в жизни чуть больше книг, чем "букварь, вторую и синюю", и не нужно размазывать их на двести страниц.

Чтобы текст не был слишком уж жидким, автор дополняет теорию примерами… и иногда кажется, что лучше бы не. Если теоретические выкладки можно одолеть без внутреннего сопротивления, то примеры и пояснения вызывают ощущение, что мы с автором существуем в параллельных мирах и читали какие-то разные книги с одинаковыми названиями.

Вот про использование контраста и акцентов для характера персонажа:

"А как насчет Эовин, племянницы Теодена Роханского из "Властелина колец"? По природе своей она женщина-хранительница, однако не может остаться в стороне, когда мужчины Рохана идут на битву. Эовин надевает доспехи и тоже отправляется на войну. При всей своей женственной мягкости именно она побеждает бессмертного Короля-чародея. За счет умело подобранных акцентов и контрастов эти персонажи навсегда западают в душу читателю".

Эовин, несомненно, западает в душу читателю. Вот только эта "женщина-хранительница" (о боже мой, я не верю, что это всерьез) с самого начала говорит о том, что боится клетки и не хочет провести всю жизнь дома. И доспехи она надевает не потому, что жизнь заставила, а потому что сама Эовин мечтала об этом. То, что Карен Визнер называет акцентом, на самом деле основа характера персонажа, ее внутренний стержень.

Иногда пример попросту перечеркивает всю складно изложенную до этого теорию. Вот как автор пишет о внутренних конфликтах персонажа:

"Во всех романах цикла о Гарри Поттере юный волшебник Гарри переживает внутренний конфликт. Его родители умерли, а сам он вынужден жить с нелюбимой родней, которая к тому же ненавидит магию и магов".

Бедный Гарри, терзаемый внутренним конфликтом. Может, ему было бы проще, если бы конфликт был внешним, и Гарри противостоял мир вокруг: Дурсли, Волдеморт… так, подождите. Наш пример уже включает Дурслей! Внутренний конфликт такой внутренний, что аж внешний. А если уж Карен Визнер хочется изобретать велосипед и придумывать какие-то собственные определения, то их нужно четко объяснять, а не отделываться размытыми фразами вроде "внутренний конфликт относится к сфере персонажа". Что это за сфера? Почему для Гарри в нее внезапно попадают Дурсли, но не попадает Волдеморт? Потому что с Дурслями он живет в одном доме? Так это уже какое-то разделение по геоданным получается. Снял бы Волдеморт домик на Тисовой улице и сразу бы попал в сферу Гарри. Хотя тогда бы поменялся антураж, а антураж, как напоминает нам Карен Визнер, очень важен!

"Что, если действие "Моби Дика" разворачивалось бы не в море, а на берегу? Вообразите: капитан Ахав (который плавал разве что на рыбачьей лодке) расхаживает по улицам и хвастливо обещает добыть кита. Грандиозный масштаб романа был бы утрачен".

Кхм. Если бы капитан Ахав хвастался, не выходя в море, то проблема была бы не в антураже, а в капитане Ахаве, потому что получился бы совершенно другой персонаж и другая книга. А так, конечно, трудно добывать кита на суше, это да, не поспоришь.

И такими примерами, неудачными, притянутыми за уши, полнится вся книга. Что-то полезное в ней можно найти только к концу. Во-первых, там появляются приложения с табличками для практических занятий. Для тех, кто любит работать по четкому плану, они могут пригодиться. Во-вторых, в шестой главе автор внезапно перестала лить воду и начала давать конкретные рекомендации по планированию работы. Если бы из "Живого текста" взять только эту главу и обозвать "Тайм-менеджмент для писателя" было бы куда больше пользы. Хотя режим Карен Визнер подойдет не для всех. Но если хотите быть плодовитым автором и превратиться в литературный конвейер - самое то. Карен Визнер, судя по аннотации, является автором более 120 опубликованных произведений. И они такого качества (цитаты автор выбирала для своего пособия сама):

"Последний раз, когда ее видели в городе Фивер, штат Техас, Эйприл была долговязой, застенчивой девочкой - самой высокой в классе и самой неуклюжей. Прямые светлые волосы, длинные худые руки и ноги. Она вечно ходила, уткнувшись в книжку (конечно же, библиотечную; своих книг у нее не было, пока она не начала зарабатывать). /спустя годы/ Роскошная женщина: высокая, худенькая, но с формами; длинные волосы цвета меда, ярко-зеленые глаза, дорогой костюм с намеком на декольте и загорелые длинные ноги".

Да это же Гермиона, которая очень изменилась за лето. После приведенной цитаты у меня не осталось вопросов, как Карен Визнер пишет роман за четыре недели. И пособие ее не для создания глубокой и правдоподобной прозы, как обещает название. Оно для тех, кто хочет постоянно снабжать издательства рукописями одноразовых книг. Нет ничего удивительного, что автор советует своим читателям избегать сомнительных приемов и действовать по принципу "как бы чего ни вышло".

"Вообще, на эпическое полотно безнаказанно могут замахнуться лишь литературные звезды вроде Джорджа Мартина, Дианы Гэблдон, Джоан Роулинг или Стивена Кинга".

"Совсем уж мелкие детали лучше убрать из текста и перенести в комментарий (если когда-нибудь ваша писательская карьера дойдет до издания книг с заметками автора)".

"Вспомните: у многих любимых нами героев вполне заурядные имена - Гарри Поттер, Том Джонс, доктор Джон Ватсон, Том Сойер, Джеймс Бонд. Эти имена приобрели особое звучание лишь благодаря популярности книг. Если бы авторы заранее знали, какой громкой будет слава их героев, то, возможно, назвали бы их как-то иначе?"

"Переизбыток конфликтов, особенно в начале и конце книги, равносилен долгому крику в полный голос. Читателю надо давать возможность перевести дух. Если хотите пример, попробуйте почитать романы Дэна Брауна о Роберте Лэнгдоне. Темп повествования там абсолютно беспощадный. Примерно к середине я обычно так устаю, что еле хватает сил дочитать".

Поняли, начинающие авторы? Не будьте как Мартин, как Роулинг, как Кинг и Браун. Будьте как Карен Визнер или Стефани Майер, которую она часто приводит в пример, и однажды, быть может, ваши изданные книги займут целую полку, а вы станете бесперебойно поставлять в издательства крепкий середняк.

Плюсы книги: глава про тайм-менеджмент и таблички для планов. Минусы: все остальное. Вердикт: жаль бумаги, которую перевело на тираж издательство "МИФ". Денег, которые я потратила на это пособие, тоже жаль.