Они продолжали потешаться над ним, но он больше ничего не говорил. Перегнувшись через перила, он смотрел на форель, которую уже истратил, и внезапно злость, враждебность исчезли из их голосов, словно и в их мыслях он уже поймал форель и купил свой фургон и лошадь, потому что и им было присуще это свойство взрослых, которых вид безмолвного превосходства способен убедить в чем угодно. Мне кажется, люди, тратящие друг друга и себя на слова, во всяком случае последовательны, когда приписывают мудрость молчащему языку, и некоторое время я ощущал, как эти двое торопливо ищут средства справиться с ним, отнять у него его фургон и лошадь.