В странной последовательности я читаю дневники Константина Андреевича, но так получилось. И читала этот том так долго, что чуть не забыла, с чего всё началось (((.
Итак, в конце 1923 г. Сомов с выставкой выехал в США, где остановился у родственников. В Америке художник пробыл в два этапа – с января по июнь 1924 г. и с сентября 1924 г. по май 1925 г. Здесь он познакомился с семьёй Сергея Рахманинова, с его дочкой Танечкой очень подружился. Константин Андреевич записывает, что она в него влюблена, но я не поняла, шутит он или всерьёз (также я не поняла, по какой причине позже художник не хотел с ней видеться). А уже во Франции Сомов подробно описывает начало душевной болезни Петра Волконского, мужа старшей дочери Рахманинова, что произошло на глазах у художника.
Американский уклад Сомову совершенно не понравился. Он не умел заводить полезные знакомства, хвастаться, рекламировать себя. Жизнь была дорогой (в этом томе Сомов обозвал Шаляпина то ли жмотом, то ли скупердяем?), да ещё Константин Андреевич умудрился попасть в неприятную историю с шантажом (видимо, нью-йоркский vespasienne не то, что парижский), что прибавило ему волнений.
Во Франции же Сомов воссоединился с Мефодием (третий не лишний Кралин) и едва не заделался самым настоящим фермером с натуральным хозяйством. Мефодий с Кралиным разводили коз, кур, кроликов, но дела шли не очень хорошо... В Париже Сомов возобновил отношения со старыми друзьями по Петербургу (Нувелем, Бенуа, Гиршманами и другими) и явно чувствовал себя прекрасно.
Дневник полон творческой саморефлексии. Только Константин Андреевич принимается за работу, сразу начинает переживать, какой он бесталанный и неумелый художник. Доставалось и его окружению – урод, кретин, старая макака, глупая рожа – все получили по «доброму» слову в записях. И к этим же людям Сомов, как ни в чём не бывало, ходил обедать.
Интересно, как Сомов рассказывает о прочитанной книге или увиденном фильме: «Сюжет глупый и пошлый, но мне понравилось, т.к. у меня склонность к мелодраматическим историям.»
10 понравилось
