Цитаты из книги Wild: From Lost to Found

Я молилась, молилась, а потом запиналась. Не потому, что не могла найти Бога, но потому, что внезапно с абсолютной ясностью осознавала: Бог там, вот только он не имеет никакого намерения влиять на ход вещей или спасать жизнь моей мамы. Бог не исполняет ничьих желаний. Бог - безжалостная скотина.

Это имело отношение только к ощущению того, какого это - быть в заповедной глуши. Какого это - идти километр за километром без всякого много повода, кроме желания видеть скопление деревьев и лужаек, гор и пустынь, ручьёв и скал, рек и трав.  И так от восхода до заката.

Вы еще «зеленая», но крепкая. А крепость - это то, что значит здесь больше всего. Не каждый способен сделать то, что делаете вы.

Он был первым из встреченных мной людей, который, в сущности, делал то же, что и я. Ему не нужно было объяснять, что я тут делаю. Он понимал.

Я чувствовала себя лучше, чем когда-либо за всю жизнь - теперь, когда маршрут показал мне, что такое по-настоящему ужасное самочувствие.

Я - свободная душа, у которой никогда не хватало смелости вырваться из заточения

Это было восхитительно - идти без ноши на плечах, даже при том состоянии, в котором пребывали мои ноги, даже при том, как у меня ныли все мышцы. Я шла не просто прямо, но приподнято, словно кто-то сверху прикрепил к моим плечам крылья. Каждый мой шаг был прыжком, легким, как воздух.

Мое новое существование не имело никаких аналогов - и я поняла это на второй день на маршруте. Я вступила в совершенно новое царство.

Эти горы, как я теперь понимала, были многослойными и сложными, необъяснимыми и не похожими ни на что. Всякий раз как я добиралась до места, которое казалось мне вершиной горы или серии гор, слившихся вместе, я обнаруживала свою ошибку. Всегда оставалось куда подниматься,

Я смотрела на свой рюкзак без всякой надежды. Это было мое бремя, которое я собрала сама, тщательно и кропотливо. Значит, мне его и нести. И все же я понятия не имела, как понесу его дальше.

«Я должна измениться» - эта мысль была моим стимулом все месяцы планирования похода. Не стать другой, но вернуться к личности, которой я когда-то была, сильной и ответственной, с ясным взглядом и мотивацией, нравственной и доброй. И сделать меня такой должен был МТХ. Я буду идти по нему и думать о своей жизни. Там, вдали от всего, что делало ее смешной и жалкой, я вновь обрету свою силу.

Всего этого я не знала, сидя на белой скамейке в тот день, когда закончила свой поход.

Я пулей вскочила, вопя громче, чем когда встретила медведя и гремучую змею, изо всех сил колотя по безобидным муравьям, задыхаясь от иррационального страха. Страха не только перед муравьями, но перед всем. Страха перед тем фактом, что я не принадлежу этому миру, несмотря на все мое упрямство.

... в то время как весь настоящий мир вокруг меня потихоньку продолжал свой неумолчный гул.

Словно весь знакомый мир ванной исчезал и благодаря простому акту погружения становился незнакомым и таинственным местом. Его привычные звуки и ощущения становились приглушенными, отдаленными, абстрактными, а вместо них появлялись другие звуки и ощущения, которых обычно я не слышала и не замечала.

На мгновение я увидела себя со стороны и сверху крохотную точку на фоне огромной массы зеленого и белого. Здесь могло быть Четвертое июля или десятое декабря. Эти горы дней не считают.

До того как отправиться на МТХ, я воображала себе бесчисленные купания в озерах, реках и ручьях. Но в действительности окунуться мне доводилось очень редко. Самое большее, на что меня хватало - ополоснуть лицо.