Музыкальный приворот

Галлюцинируем, милочка?

Главное, не лопни, деточка-шарик. Отвратительно получится.

Знаешь, сколько микробов ты сейчас у него нахватаешься?

— Спасибо, тебе тоже отличных сновидений, — ответила с такими же интонациями Журавль, а про себя подумала: «Чтобы тебя во сне слоны на части разорвали и съели. Или чтобы в рабство к извращенцам попал, червяк».

— Солнце, постой! — очень хотел попасть в дом к Журавлям Валерий. — Я привез тебе подарок!
— Для меня лучший подарок — если ты свалишь! — пыхтя, продолжала удерживать оборону Нинка.

Поздравляю, Катя, ты скоро получишь медаль «За вранье» от самого господина Большие Враки

— Нинка не женщина! — косо взглянула на парня я, вложив в эти слова определенный смысл.
— А кто? Транссексуал? — притворно удивленным голосом спросил он. — Шок.

— Вы можете сказать, — начал злиться охранник, — была тут драка или нет?
— Была, — не стала больше спорить подруга. — Труп унесли к крокодилам.
— Какой еще труп? — Вытаращился служитель «Животного мира».
— Свежий.
— Кы-кы-как? — Аж начал заикаться мужик. — Кого убили-то?!
— Никого не убили, а жаль, — с сожалением ответила Ниночка.

Я отвела глаза и сказала, что моя подруга больна. Она ведь действительно больна — не дружит с головой.

Эх, совсем у меня нет никакой гордости, один только маразм со всеми пожитками засел в голове и уходить не собирается.
Идиотские парни.

Если к тебе подойдут на улице и спросят: «Вы, случайно, не идиот?», не удивляйся, на таких, как ты, так всегда реагируют.

Мы что, должны «нажитое непосильным трудом» просто так отдавать какой-то там Лесковой? Ага, сейчас.

Кажется, меня все-таки толкнули в яму.
Кей… Антон… Кей… Антон… Фигуры… Голоса… Лица… Образы… этих двух молодых людей со страшной силой замелькали в моей голове, и мне пришлось схватиться за нее руками.
Проклятое постоянное ощущение дежавю.
Все сходится.
Я его убью.
И я.

Неразделенная любовь - это больно. Но знаешь, тьма не может длиться вечно. Рассвет всегда наступает.

— Кей! Вы что, и в паспорте тоже Кеем записаны? — перенесла свой гнев на парня Елена Петровна, которой по ходу казалось, что мы ее дурачим.
— Чтобы узнать мое настоящее имя, журналисты готовы заплатить большую сумму, — самодовольно отозвался блондин, покачивая ногой. — Если вы перебьете их цену, то, может быть, увидите мой паспорт, окей?

– Внешность может быть обманчива. Что она может рассказать о человеке? То, что он или она хотят показать, – вот и все, – все также задумчиво продолжал он, подперев подбородок рукой. – И не всегда понятно с первого взгляда, кто этот человек: демон или ангел. Даже в зеркало стоит глядеть с долей осторожности – вдруг там ты разглядишь собственное лицо?
– И ужаснешься, – ехидно произнесла я.

Ты замечал, что многие фонари горят, когда светло, а ночью гаснут? Знаешь, мне это напоминает людей: они горят, когда в их душах свет, но стоит опуститься тьме, и они гаснут, потому что не в силах ей сопротивляться.