Философские трактаты

Всю жизнь был занят и ничего не сделал

«Каждый несется по жизни сломя голову, снедаемый тоской по будущему, томимый отвращением к настоящему»

Не мало времени мы имеем, а много теряем

Самая жалкая доля досталась тем, кто занят даже не своими делами, кто засыпает, приноровясь к чужому сну, гуляет, подлаживаясь под чужой шаг, кто любит и ненавидит о указке….

Вы боитесь всего на свете, как смертные, и всего на свете жаждете, как бессмертные

Кто захочет совсем отказаться от духа, отдавшись телу?

Никогда не будет счастлив тот, кого мучит мысль, что есть кто-то счастливее.

Блаженным можно быть лишь в здравом рассудке, но явно нездоров стремящийся к тому, что его губит.

Какая мне разница, один ли камень ушибет меня насмерть или раздавит целая гора?

(«О природе». Книга VI. О землетрясении).

Самая короткая и беспокойная жизнь бывает у людей, которые не помнят прошлого, пренебрегают настоящим, боятся будущего. Когда наступает конец, несчастные слишком поздно сознают, что всю жизнь были заняты, но ровно ничего не делали.

Истинное наслаждение – презрение к наслаждению.

Участь всех занятых людей достойна жалости, но самая жалкая доля досталась тем, кто занят даже не своими делами, кто засыпает, приноровляясь к чужому сну, гуляет, подлаживаясь под чужой  шаг, кто даже любит и ненавидит по указке, хотя уж в этом-то, казалось бы, все свободны. Если бы они пожелали узнать, насколько коротка их жизнь, им достаточно было бы прикинуть, какая ее часть принадлежит им.

Блажен человек, для которого нет иного добра и зла, кроме доброго и злого духа, кто бережет честь и довольствуется добродетелью, кого не заставит ликовать удача и не сломит несчастье; для кого истинное наслаждение — это презрение к наслаждениям.

Свобода — не в том, чтобы никогда не становиться жертвой обиды или насмешки. Свобода — в том, чтобы поднять свой дух на недосягаемую для любых обид высоту, чтобы сделать самого себя, единственным источником всех своих радостей, а все внешнее удалить от себя; в противном случае жизнь наша пройдет в беспрерывном беспокойстве и мы станем дрожать от страха перед любым насмешливым языком.

Жить же нужно учиться всю жизнь, и, что покажется тебе, наверное, вовсе странным, всю жизнь нужно учиться  умирать.

Нет, не мало вре­ме­ни мы име­ем, а мно­го теря­ем. Жизнь дана нам доста­точ­но дол­гая, и ее с избыт­ком хва­тит на свер­ше­ние вели­чай­ших дел, если рас­пре­де­лить ее с умом.

Если сам мир покачнулся, если уходит из под ног все, что было в нем прочного, то где искать опоры?

(«О природе». Книга VI. О землетрясении).

Тебе ведь не нужно напоминать, что добрым человеком может быть только мудрый.

Вот уж поистине прав величайший из поэтов, чье изречение мы могли бы принять как оракул: «Ничтожно мала та часть жизни, в которую мы живем». Ибо все прочее не жизнь а времяпрепровождение.