"Именно любопытство заставило человека выбраться из скорлупы своего изолированного, такого незначительного, по меркам Вселенной, существования и пуститься в плавание по межзвездному океану. Правда, любопытство сгубило и ту легендарную кошку..."

Человеческий фактор усложняет любую задачу.

В хвостовой части «Ностромо» находилось машинное отделение. Здесь было сердце корабля. Производимая здесь энергия толкала «Ностромо» вперед, давая кораблю возможность искривлять пространство, игнорировать время и, дразня, показывать свой металлический нос Эйнштейну…

«Ностромо» коснулся брюхом серо-коричневых облаков. 

– Внизу должно быть довольно противно.

Как это похоже на Далласа! Они опускались на совершенно незнакомую планету, откуда другой космический корабль посылает в пространство нечеловеческие сигналы тревоги; впереди их ждет полная неизвестность, а для Далласа это всего лишь «противно».

Беда всех компьютеров в том, - подумала Рипли, - что они совершенно лишены интуиции. Зато очень любят придерживаться дедуктивного метода. Вся загвоздка в том, что нужно суметь задать им правильный вопрос.

Именно любопытство заставило человека выбраться из скорлупы своего изолированного, такого незначительного, по меркам Вселенной, существования и пуститься в плавание по межзвездному океану. Правда, любопытство сгубило и ту легендарную кошку...

В командном отсеке Ламберт забавлялась с котом. Сам Джонс считал, что эта забава больше нужна людям, чем ему самому, но добросовестно играл свою роль, стараясь развлечь их.

Специально для Джонса на борту «Ностромо» держали небольшую веревку, с которой он любил играть. Ламберт называла эту игру «колыбель для кошки». Джонс называл ее «колыбель для людей.

Совершенно обычный домашний кот – точнее, в данном случае корабельный кот. Джонс был крупным животным с рыжеватым мехом, сомнительной родословной и независимым видом, и он давно привык к превратностям корабельной жизни и специфическим особенностям людей, что путешествовали в космосе. Он тоже спал холодным сном и видел простые грезы о теплых, темных местах и мышах, придавленных силой гравитации.

Паркер мог произносить длинные тирады по поводу неисправности в микросхеме, проклиная всю родословную этой схемы вплоть до почвы, из которой были добыты редкоземельные элементы, входящие в ее состав.

Хотя человечество давно разработало для питания своей цивилизации чудесные и эффективные заменители, сделано это было только после того, как жадные индивиды высосали последние капли нефти из опустошенной Земли. Все машины человечества теперь работали на ядерном синтезе и солнечной энергии, но полностью заменить нефтепродукты эти средства не могли. Например, атомный двигатель не мог производить пластик, а современный мир скорее сможет существовать без энергии, чем без пластика.