Сексус

Бессмыслица - часть других миров, она лежит в других измерениях, и жест, которым мы отталкиваем ее, безапелляционность нашего обвинительного приговора свидетельствуют о том, что ее природа обременительна для нас. Мы отбрасываем все, что не вмещается в убогие рамки нашего разумения.

Чудища вероломства глядят на вас безоблачно невинными глазами ребенка; эти преступления нигде не отметишь, потому что им и названия нельзя найти.

Люди умирают, племена вырождаются, религии исчезают - это в порядке вещей. Но остается что-то от ушедшей красоты, и, уже бессильное потрясти нас, бессильное увлечь, оно все-таки тяготит, как неразгаданная загадка.

Это самый страшный мрак для человеческого разума - убивать то, что стремится к свету.

Куда лучше быть обуреваемым удивительными идеями, чем мыслями о завтрашнем пропитании, о квартирной плате, о новой паре обуви. Конечно, когда хочется есть, а есть нечего, мысли о еде из головы не выкинешь. Но когда у художника темнеет в глазах от голода, он немедленно укрывается в безграничном, принадлежащем только ему мире, и, пока он там, он - король.

У ребенка нет нужды в писании - он безгрешен. Взрослый пишет, чтобы очиститься от яда, накопившегося в нем за годы неправедной жизни. Он пытается вернуть свою чистоту, а добивается лишь того, что прививает миру вирус разочарованности. Никто не напишет ни слова, если у него хватает смелости поверить в то, что он живет в правильном мире и живет так, как, по его мнению, следует жить.

Бездействующая машина создает вокруг себя пустоту более глубокую, чем сама смерть.

Быть радостным – значит быть безумцем в мире унылых призраков.

"Подлинную реальность вы постигаете лишь тогда,когда сидите один-одинешенек в туалете и делаете кака. "

Улитка получает шок, когда капля дождя падает на ее домик.

Я хочу ее, нуждаюсь в ней, не могу без нее жить. Она не говорит ни да, ни нет, по той простой причине, что я не наберусь смелости спросить.

Но дело в том, что я никак не могу примириться с тем, что я всего лишь еще один никто...

Только тогда получает писатель должную награду, когда он встречает человека, обожженного тем же огнем, что раздувал он в часы одиночества. Добросовестная критика ничего не значит, ему подавай необузданную страсть, огонь ради огня.

Если мир, который ты хочешь создать, - мир истины, красоты, магического очарования, зачем возводить тысячи слов между собой и этим миром? Если желанны тебе лишь могущество, слава, успех, достижимые в этом мире, зачем медлить с действием?

Быть разумным – благо, но быть безоглядно доверчивым, легковерным до идиотизма, принимающим все без ограничений, – одна из высших радостей жизни.

Уровень эпохи всегда можно определить по общественному статусу женщины.

Мудрость молчалива, самая действенная пропаганда – сила личного примера.