Цитаты из книги Rhapsodic

– Скажи мне, херувимчик, – говорит он, приподнимая мою голову и заставляя меня взглянуть в его серебристые глаза. Сейчас они похожи на глаза хищника. – Скажи, ты знаешь, как я поступаю с врагами, пытающимися отобрать то, что принадлежит мне? Неужели Десмонд имеет в виду меня? Я не могу сказать; я не понимаю, к чему он клонит. Он наклоняется к моему уху. – Я их убиваю. – Он отстраняется, чтобы взглянуть мне в глаза. – Но не быстро и не безболезненно. От этих слов у меня мурашки бегут по коже. – Иногда я скармливаю своих врагов существам, чьи услуги мне нужны, – рассказывает он. – Иногда я отдаю их королевской гвардии, чтобы воины практиковались на них в искусстве убивать. Иногда я позволяю своим врагам думать, что они избежали моего гнева, лишь для того, чтобы через какое-то время захватить их в плен и заставить их страдать. Подвергать их изощренным пыткам. Тьма скрывает много, много мрачных поступков. Когда Дес ведет себя угрожающе и разговаривает в таком тоне, мне становится страшно. Меня пугает жестокость, присущая жителям Иного мира. – Зачем ты мне все это говоришь? – едва слышно спрашиваю я. Он не сводит с меня ледяного взгляда. – Я – самое жуткое существо этого мира. И если кто-то попытается прикоснуться к тебе хоть пальцем, он будет иметь дело со мной.

– Я хочу заключить с тобой сделку. Он не сводит с меня тяжелого, пристального взгляда. Я жду хоть какого-то ответа, но Торговец молчит. Надо взять себя в руки. – Я… э-э… Он вопросительно приподнимает бровь. Решайся, Калли! – …я хочу купить тебя на одну ночь. О боже. Боже милостивый. Пропади пропадом мой язык. Гореть ему в геенне огненной до конца времен. Лицо Торговца становится бесстрастным. – Прошу прощения, ты хочешь… что сделать? Я чувствую, как краснеют лицо и шея. Сейчас я умру от стыда. Нет, не так – я хотела бы сейчас умереть от стыда. Это лучше, чем краснеть вот так, открывая и закрывая рот, словно рыба, выброшенная на берег. Торговец усмехается, и все становится еще хуже. Зря ты это сказала, ох, зря. – Я просто хочу побыть с тобой, поболтать и все такое, – поспешно добавляю я. – Это будет исключительно платоническое времяпрепровождение. Ну вот, теперь ты лепечешь, словно жалкое, отчаявшееся ничтожество. Но кого я пытаюсь обмануть? Я действительно отчаялась, отчаялась найти близкое существо – того, кто избавил бы меня от одиночества. После поступления в Академию я думала, что стану здесь своей и заведу друзей, но это оказалось не так-то просто. Вокруг чужие, равнодушные люди. Мне так тоскливо… – Очень жаль, ангел, – говорит Торговец, осматривая мою комнатку. – Мне бы больше понравилось, если бы твое предложение не было столь платоническим.

– Хочешь, открою тебе тайну? – спрашивает Торговец. Утешительный приз. Я ничего не узнаю о Десмонде-короле, ничего не узнаю о его татуировках, зато он откроет мне тайну. И плевать, что эта тайна наверняка ничего не значит ни для него, ни для меня. – Да, – едва слышно отвечаю я. Да, я веду себя жалко и цепляюсь за малейшие проявления его привязанности. Он обнимает меня, прижимает меня к груди. – Королевство Ночи – самое могущественное из государств Иного мира. Жители других королевств наверняка будут оспаривать мое мнение, но это истинная правда. Он протягивает руку поверх моего плеча и указывает на звездное небо. – Скажи мне, что ты там видишь? Я слежу взглядом за его рукой, рассматриваю звезды. Тысячи и тысячи огоньков мерцают на черном бархате неба, и самая крошечная из них крупнее ярчайших звезд, которые я видела на Земле. – Звезды, – отвечаю я. – И это все? – переспрашивает он. – Если не считать ночи – все. – Ночь, – повторяет он, поглаживая мой живот, обтянутый блестящей тканью. – Вот почему люди пренебрежительно относятся к моему королевству, воспринимают его как нечто само собой разумеющееся. Никто не видит тьмы, но, тем не менее, она повсюду. Мы окружены целой вселенной тьмы. Тьма была прежде нас, и она будет царить после того, как нас не станет. Даже звезды рождаются и умирают, но тьма вечна. – Именно поэтому Королевство Ночи считается самым романтичным. Любовники встречаются под покровом ночи; кроме того, тьма – синоним вечности. Сказать, что ты любишь кого-то до конца тьмы – священная и самая серьезная клятва. – И он добавляет, совсем тихо: – Я дам такую клятву женщине, которая станет моей королевой. Лучше бы он вонзил мне нож в спину. Я не желаю ничего слышать о будущей жене Десмонда, особенно сейчас, когда еще не прошло и часа после того, что было между нами. В одном я уверена: мне он не сделает предложения руки и сердца. Эти разговоры вызывают у меня ревность, и меня смущает, злит собственная реакция. Мне не следует мечтать об эльфийском короле, не следует строить далеко идущих планов, но я ничего не могу с собой поделать… – Этой женщине остается только позавидовать, – холодно говорю я, убирая руки с перил балкона и отталкивая Десмонда. Я возвращаюсь в комнату, чувствуя на себе его пристальный взгляд. – Нет, – возражает он, – это не ей нужно завидовать. Это я буду самым счастливым человеком на свете.

– Итак, правда, – говорит он. – Что бы ты почувствовала, если бы я сказал тебе, что у меня есть дети? Как только эти слова срываются у него с языка, магические пальцы стискивают мне горло. Я механически поднимаю руку, сердито глядя на него. – Неплохо было бы предупредить, – хриплю я. Магия сильнее сдавливает горло, дыхание перехватывает. Это не тот ответ, который ему нужен. Я чувствую, как мой язык шевелится, против воли выговаривая слова – точно так же совсем недавно я вынудила ответить Гэлию. – Я бы почувствовала ревность, – шепчу я. Боже, как я рада тому, что в коридоре сейчас кроме нас, никого нет. С меня хватит и того, что я вынуждена признаться Десу. Мне не нужны зрители. – Почему? – продолжает он. Магия не отпускает. Я стискиваю зубы, но это не помогает. Я слышу собственный голос: – Потому что у меня плохой характер. Горло сдавливает еще сильнее. Очевидно, это не та правда. – П-потому, – бормочу я, – потому что я не хочу, чтобы другие женщины рожали тебе детей. – Почему? – не отстает Торговец. Да он просто издевается. У меня такое чувство, будто мне на шею накинули петлю и стягивают ее изо всех сил. – Потому что я сама хотела бы стать… матерью твоих детей, – быстро говорю я и чувствую, что краснею. Магическая рука слегка ослабляет хватку. Взгляд Деса смягчается. – Значит, ты хочешь от меня ребенка? – Больше не хочу, – ворчу я. Но Дес чувствует, что я лгу. Магия продолжает душить. – ДА! – с трудом выплевываю я. Я снова могу свободно дышать, и мне даже не нужно смотреть – я знаю, что Торговец забрал несколько бусин. Но мне глубоко плевать. Я вне себя от ярости. Дес выглядит в высшей степени довольным собой. Довольным и возбужденным. – Мы еще вернемся к этому разговору, херувимчик, – обещает он.

– Правда или действие? Глаза лихорадочно блестят, а губы растягиваются в самодовольной ухмылке. – Пытаешься играть со мной в мою… – Правда: если бы ты не был такой задницей и остался бы со мной, я бы удовлетворила все твои самые потаенные порочные желания, до единого. – И я подаюсь бедрами ему навстречу, чтобы подчеркнуть свои слова. Я чувствую его реакцию, и это доставляет мне огромное удовольствие. Провожу кончиком языка по изгибам его ушной раковины. – А я знаю, что у моего темного короля имеется множество тайных желаний, – шепчу я. Поворачиваю его голову к себе, притягиваю ближе, и вот, наконец, наши губы почти соприкасаются. Но вместо того, чтобы поцеловать его, я говорю: – Я собираюсь заставить тебя желать, и желать, и желать меня, но ничего не сделаю, чтобы удовлетворить твое желание. Ты с лихвой заплатишь за то, что бросил меня. Я соскальзываю с его коленей и неторопливо иду к кофемашине. – Херувимчик, – усмехается мне вслед Дес, – я буду наслаждаться каждой секундой этой восхитительной расплаты.

Черт возьми, этот парень – эльф! Нет, не просто эльф, а король эльфов и фей. Правитель государства, населенного самой жестокой и безжалостной из всех разумных рас. А я вела себя с ним не очень-то вежливо. – Выходит, ты… занимаешь высокое положение, – говорю я. Он слегка наклоняет голову набок, и взгляд у него по-прежнему такой, словно этот разговор его забавляет. – Вроде того. Чтоб мне провалиться, а я и не знала! Я разглядываю его растрепанные белые волосы, мускулистую фигуру, татуировки, черную одежду. – Что-то ты не похож на короля, – замечаю я. – А ты не похожа на девушку, которая заключает сделки с Торговцем, херувимчик. И что? Действительно. Король Ночи. Звучит грозно. – А где твои крылья? – спрашиваю я. Он окидывает меня раздраженным взглядом. – Отстегнул.