Цитаты из книги Carol

Они сидели в пижамах, пили молоко и ели один на двоих апельсин, который Кэрол не смогла доесть, потому что была слишком сонной.

Тереза обернулась, и красота Кэрол ошеломила, поразила ее, как мимолетный образ крылатой богини победы, Ники Самофракийской.

Но стоит ли это в итоге делать, задумалась Тереза, совершать жест, который, возможно, вызван чистой жалостью или чувством вины или каким-то присущим ей извращенным чувством? Тереза нахмурилась, словно барахтаясь в море, без направления, без чувства тяжести, и единственное, что она знала — то, что она не может доверять собственным побуждениям.

Рука Кэрол лежала на ее затылке, и большой палец Кэрол поглаживал за ее ухом, так Кэрол могла ласкать своего пса.

— Это не важно. Было бы важно, я бы рассказала. Просто пустая трата времени, похоже на то, словно что-то теряешь, мне так показалось. А может, этого чего-то и не существовало вовсе. — Кроме как в твоем воображении? Это все равно может быть потерей.

Вино кружило ей голову, сулило музыку и поэзию или обещало поведать истину, но Тереза замерла на полуслове.

Невозможно, невыносимо было выдерживать ее взгляд, но она все равно выдержала, и ей было уже все равно — умрет ли она в этот самый миг, задушит ли ее Кэрол, уязвимую, распростертую на ее постели, вторгшуюся в ее дом.

Она наклонилась к зажигалке, которую держала для нее женщина, к тонкой руке с продолговатыми ногтями, покрытыми красным лаком, и с россыпью веснушек на тыльной стороне.

Внезапно и миссис Робичек, и ее жилье стали похожи на страшный сон — Тереза осознала, что все это ей снится. Миссис Робичек была горбуньей, хозяйкой подземелья. А ее заманили сюда, чтобы замучать.

Это место такое же мрачное как и угольная шахта поутру.

Да ты, наверное, скоро и влюбишься, и если такое случится - наслаждайся, со временем это будет сделать труднее.

Когда выбросишь из головы идею отдать ей деньги, тогда ты станешь взрослой.

Ее ответ прозвучал очень сухо и коротко, но как еще можно было ответить?

На переднем плане виднелся маленький не застроенный участок с росшим на нем низеньким, лишенным листьем деревцем. Его кривые ветки торчали в разные стороны так, словно это был взбесившийся дорожный указатель.

How was it possible to be afraid and in love, Therese thought. The two things did not go together.

- А что, как говорится, делает пьесу классикой, Тереза? - Классика... Тут ее голос зазвучал напряженно и сдавленно, - классика,- это то, что связано с основными человеческими проблемами.

Life is an exact science on its own terms, it’s just a matter of finding them and defining them.

- Что может быть скучнее, чем истории о прошлом? Разве что будущее, у которого еще нет никакой истории.

Я думаю, люди часто пытаются найти с помощью секса то, что гораздо легче отыскать другими способами.

At nineteen, she was anxious.