Жаркое дыхание прошлого

... угрозы – лучший способ добиться обратного результата.

Но месть ничего не изменит. Она не вернет того, кого любишь, она разъедает как ржавчина. Опустошает. И вместо приобретенного смысла ты теряешь остатки своей жизни, потраченной впустую.

... я попыталась еще раз восстановить картину событий, постаравшись учесть все. У великих сыщиков к концу подобных размышлений непременно был готов ответ: кто убийца. У меня же головная боль, и никаких ответов.

– Как бы наши оппоненты вразнос не пошли, старательно за собой подчищая. Надо бы тебя куда-нибудь подальше отправить, пока я тут не разберусь, но ты упрямая, как стадо ослов.
– Хочешь, я тебя тоже с кем-нибудь сравню? – скривилась я.
– Да ради бога.

– Лучший способ заставить мужчину шевелиться – разбудить его ревность.

– Не ищи работу, она сама тебя найдет, – и мне подмигнул, после чего вновь повернулся к Михалычу...

... я позвонила папе, он, видимо, уловил мое настроение и тут же задал вопрос: все ли у меня в порядке? И я поспешно заверила, что если и не являюсь самым счастливым человеком на свете, то уже близка к этому.

... когда любовь вдруг исчезает, тот, кто был еще вчера дороже всех на свете, стремительно теряет свою ценность.

Признательность щедро была приправлена безграничным уважением и восхищением, переходящим в обожание.

Типичный частный сыщик из американских фильмов. Крутой, одинокий и пьющий.

... звонок Володи пришелся весьма некстати. Я имею в виду, что у него и так не было особых шансов на радушный прием, а тут они и вовсе испарились. Как известно, под горячую руку достается тем, кто не вовремя высунулся.

– Запомни первое правило сыщика: деньги надо отрабатывать.
– Босс всегда прав, – пожала я плечами.

– Чтоб в твои дела не лезла.
– А вот это правильно, лезть не смей.
– А если тебе действительно угрожает опасность?
– Основная угроза исходила от печени, цирроз был не за горами, но так как я теперь практически не пью, за что тебе особая благодарность, то и с ним не все ясно.
– Влад Степанович, ты ужасная свинья, – покачала я головой.

– А тебе что рано утром не спалось? – усмехнулась я.
– Сам не знаю, – ответил он, вроде бы смутясь. – Вдруг ты моя судьба?
– Ну, если так, то беспокоиться не о чем, от судьбы не уйдешь.

– Влад Степанович, как я рада вас видеть.
– Весьма сомнительное утверждение, учитывая, что здесь я появляюсь, только когда у вашего хозяина проблемы, – засмеялся Владан, девушка кокетливо отбросила с лица выбившуюся из прически прядь волос.
– В другом месте вы для меня, к сожалению, недоступны.
– К счастью, Вика, к счастью. Поверьте мне.

– Не позволяй вещам командовать тобой, – хмыкнул Владан, не дав мне договорить. – Когда у человека слишком много добра, это обременительно.

– Привет, пигалица, – сказала она насмешливо, когда я приблизилась.
– Отлично выглядишь, – расплылась я в улыбке: не можешь извести врага, научись с ним ладить.

... лучше ужасный конец, чем ужас без конца.

– Нельзя загонять человека в угол, – продолжила я, стараясь, чтобы голос звучал без предательской дрожи.

Человек так устроен, что, один раз переступив черту, охотно бродит туда-сюда.