Почему-то формат книги мне представлялся несколько иначе: я думала, мне предстоит услышать голоса героев. Но автор просто вмешала их в котёл истории, мы наблюдаем за героями извне, они просто фигуры на переднем плане, но всё же главный герой здесь - исторический процесс. Что, на самом деле, спаведливо, потому что книга именно о том, что заявлено в названии: автор пытается понять, как же так получилось, что освободившись от бессмыссленного строя, Россия, после краткого периода относительной свободы, добровольно вернулась к тоталитаризму? Гессен исследует политические, социальные, экономические и психологические причины. Герои на переднем плане достаточно разные, так что мы можем проследить корни разных мнений на происходящее. Надо отметить, что почти все - очень яркие фигуры. Меньше всего в книге Александра Дугина. В самом начале мы застаём его молодым, ненавистником Советского режима. Затем он много читает, и каким-то чудом его убеждения трансформируются в прямо противоположные: сначала он организует НБП (национал-большевистскую партию), в серьёзности которой не сомневается только он сам, а затем постепенно он обнаруживает себя главным (хотя не признанным официально) идеологом нового режима, Путин начинает постоянно цитировать его, только что казавшиеся безумными, идеи. Кажется, автор вообще не интервьюировала этого персонажа, таким образом, как я и сказала, понять почему происходит такая разительная перемена в разумном человеке, совершенно невозможно. Марина Арутюнян, психолог, которая после развала Союза и конца тотальной цензуры обнаружила огромную пропасть между постсоветской и западной наукой психологией. При этом совершенно очевидно, что в то время, когда страну мотает из стороны в сторону, непонятно, что делать со свободой и при полном отсутствии экономической стабильности и видения будущего, очень многие россияне могли бы найти помощь и поддержку, если не у психоаналитика, то хотя бы у психолога. Ниже об этом подробнее, потому что это ключевая идея книги. Примерно то же испытывает социолог Лев Гудков (не путать с политиками Геннадием и Дмитрием Гудковыми): ещё в Союзе Юрия Леваду просят создать центр изучения общественного мнения, который должен при этом выдавать "мнение", спущенное партией, никаких больше. Команде Левады, в которую входил Гудков, пришлось с нуля разрабатывать механизмы сбора этого самого мнения. Какое-то время ВЦИОМ поработал в режиме свободы, пока не вернулись времена спущенного сверху мнения, из-за чего команда в полном составе перешла в тот самый "Левада-центр", чтобы продолжить свою деятельность полуподпольно, представляясь иностранными агентами, опрашивая людей. Серёжа Яковлев, внук идеолога развала СССР Александра Яковлева, выросший в благоденствующем кругу номенклатуры, то есть по умолчанию уже несколько не вписывающийся в большинство, продолжает на протяжении книги недоумевать и не вписываться. Лёша Горшков, преподаватель гендерных исследований из Перми, оказывается в водовороте событий, когда внезапно Россия нашла своего главного врага в лице гомосексуалов, путая их с педофилами. Это было интересно читать, потому что к этому моменту я из России уже уехала и эту истерию пропустила, видела только отголоски в соцсетях. Алексей вскоре последовал нашему примеру, опасаясь за свою жизнь, покинул Россию. Маша, фамилия которой сначала не называлась, но в гуще событий она очевидно идентифицировалась как Баронова. Ну это ещё тот персонаж. Гессен немного её романтизирует, делая "одумавшимся" коррупционером, нынче организатором протеста. По моим наблюдениям в твиттере её всегда как флюгер мотало в мнениях: она то вашим, то нашим выдавала. Мне кажется, у неё всегда оставалось какое-то двоемыслие. И Жанна Немцова. Героиня из неё так себе, в плане геройских поступков: после первого же протеста её противоборческие настроения сдулись, а после убийства отца она отчаялась возвращаться на родину. Зато через историю Жанны автор проводит портрет Бориса Немцова. Я помню, как его слили из "официальной" политики, и простой народ тогда выдохнул с облегчением: этот такой же как все. Но только Гессен расставляет всё по полочкам: да, Немцов стремился в политику, стремился ко власти, но не для того, чтобы присосаться к бюджету и выкачивать из него деньги, а для того, для чего политики во всём мире стремятся к власти: чтобы руководить, брать ответственность и помогать. Не настолько чудовищное преступление, чтобы заслужить такую ненависть большинства, которую власти против него срежиссировали. Ну и в целом, мне нравится стиль Гессен именно этим: она умеет раскладывать по полочкам то, что казалось непроходимой тьмой и неразрешимым узлом. В итоге, спойлер алерт, виноваты в возврате к тоталитарному строю оказались двое: талантливый наследник школы запугивания Путин и Homo Soveticus, человек, который не может иначе. В этом плане наиболее интересна психологическая составляющая объяснения: психология травмы. Жизнь в конце 1990-х была настолько изменчива и неуправляема, что люди чувствовали себя как дети: хотелось просто расплакаться и позвать старших, чтобы разобраться с проблемами. Путин как раз пришёл во власть с имиджем "взрослого", который умеет разбираться с проблемами, хотя он в свою первую же проблему - с подлодкой "Курск" показал себя как отвратительный решатель - народу он полюбился. А дальше уже пошло по накатанной: надо находить всё больше проблем и врагов, чтобы сильная рука была необходима всегда. То геи нападают на Россию, то украинцы, - и подконтрольное Путину телевидение транслирует страх: все там в панике, все ток-шоу на повышенных тонах, все кричат, перебивая друг друга. При этом простому народу приходится справляться с ежедневным травматическим шоком или присоединяясь к панике и проигрывая предлагаемый сценарий (затягивая пояса, ненавидя геев), или уезжая из этого шапито (и, всё ещё не отойдя от травмы, выстраивать доморощенный тоталитаризм где-то ещё). Вкратце ситуация изложена в интервью Арутюнян, простите, Медузе. Но вообще надо читать эту книгу.
10 понравилось
