Утренняя звезда

радость, как и горе, разве их удержишь!

Трудно сказать, почему этот аул, расположенный у подножья высокой горы, стал карабкаться все выше и выше по ее склону. Пытался ли он убежать от какой беды, или просто захотелось подышать ему горным воздухом?

— Скажи прямо, Бийсолтан, ты не против, если твоя дочь будет моей невесткой? — Чомай резко повернулся к Бийсолтану и в упор посмотрел на него. — Я человек дела, люблю откровенный разговор. Прежде чем послать сватов, я хочу договориться с тобой…
— Какой калым даешь?
— Ка-а-лы-ым? — рассмеялся Чомай. «Да больше того, что дам, сам не возьмешь!» — подумал он и протянул Бийсолтану руку.
«Сдеру, сколько надо!» — подумал Бийсолтан и пожал руку Чомаю.

Ты говоришь вот, мол, жизнь эта — временная, а люди в ней — гости… Так почему же ты, гость в этой жизни, воздвиг себе каменный двухэтажный дом, внутри украсил коврами и кошмами, спишь не на войлочной подстилке, как я, а на перине, у тебя — не одна корова, а целые стада коров.

Хозяева шахт только заставляют нас, как проклятых, работать, и никто из них не подумает создать нормальные условия для нашей работы. Надорвался рабочий, может, его еще спасти можно было, да врача-то у нас нет. А попробуй заикнись об этом хозяевам, сразу выгонят на улицу, с голоду подохнешь… Вот что, друзья…