Палладио. Семь философских путешествий

Эта книга не только про архитектуру. В поисках причин тяги венецианской аристократии к сельской жизни, Смирнов рисует емкий исторический портрет эпохи чинквеченто. Кроме главной экономической причины — кризиса Венецианской торговли в результате открытия Америки, автор обращает внимание и на духовный аспект. Лаконичность виллы Пойяна он связывает с протестантизмом и контрреформацией (103). Не остается незамеченным и научно-технический прогресс. Изобретение пороха породило кризис рыцарства и как следствие возникновение ордена иезуитов (85). Смирнов возводит Палладианскую виллу в символ времени, считая ее открытость и незащищённость по сравнению со средневековыми замками победой силы красоты над феодальным культом грубой силы (288).

Являясь знатоком музыки, поэзии и философии, Смирнов показывает архитектуру Палладио в обширном контексте эпохи Возрождения. Автор использует междисциплинарный подход, используя психологию (197) и музыковедение (55). Например, анализ архитектуры виллы Фоскари Смирнов производит с помощью музыкальной терминологии (73), сравнивая расположение окон Южного фасада виллы с рисунком из трактата венецианского композитора Царлино, показывая что поиск гармонии в эпоху Возрождения шёл повсеместно, взаимообогащая различные виды искусства.

В заключительной главе про русское палладианство Смирнов, прекрасно разбирающийся во всём многообразии отечественной архитектуры от Петровских до советских времён, показывает не только прямые заимствования в неоклассицизме, но и менее очевидные влияния, вдохновлявшие в том числе и конструктивистов.

Закончились мои философские прогулки по виллам гения Андреа Палладио, которые так остроумно и познавательно преподнёс Глеб Смирнов. Оказывается венецианские нобиле отчасти вынужденно создавали свое террафермы на материковой части Венеции, ориентированые не столько на расслабленный отдых на своих "как-бы дачах" , сколько на организацию производства сельхозхозяйственных продуктов - зерна и вина, чтобы справиться с наступившим экономическим кризисом. Вооружившись мыслью, что отдых лишь смена рода деятельности и припомнив, какой сакральный смысл придавало земледелию Античность, венецианская аристократия приподняла на достойную метафизическую высоту аграрный вопрос. В подсобные рабочие к новоприбывшим "террафермерам" нанимаются лучшие творцы эпохи, среди которых - главный архитектор Республики Святого Марка  - Палладио. Его виллы - не просто жемчужины гармонии и простоты классического стиля, но выраженные в камне (а точнее, в кирпиче) метафоры, создающие вторичное пространство понимания.
Я закрываю глаза и передо мной  вилла Фоскари, она же "Мельконтента" (недовольная), в честь сосланной сюда за легкомысленное поведение дамы, и именно поэтому все её открытое внутренее пространство как бы само провозглашает главную ценность в поведении дворянина - "умение следить за собой", обрамленная ивами и взирающая на медленные воды реки Бренты она образец морального перфекционизма, если бы "камни могли говорить"...
Мне понятны идеи божественной пропорции, которые воссоздают  геометрическую красоту, то ли храма, то ли виллы Пойянна, созданную для рыцаря, сложившего шпагу ради богоугодного характера жизни на земле. Если бы мне пришлось выбирать только одну виллу для личного посещения, то я бы обязательно приехала на виллу Эмо: усладила бы свой взор  идилличностью, подивилась бы тому, как мастер умудрился нанизать необходимый практицизм виллы на ниву Абсолюта красоты, а здоровый образ жизни - связать с общественной полезностью и все на языке архитектуры. На вилле Барбаро каждый почувствует, как языческого Пана ловко приручили и обучили хорошим манерам, так же как обезьянку с фресок Веронезе. Двухярусные колонны виллы Корнаро видны не только человеку, но и Богу, а как было по - другому, когда вилла создавалась для одной из самых древних семей Венеции от момента её основания. Театральность виллы Бадоэр и как форма обострения эстетизма - вилла Ротонда, олицетворение всего стиля Палладио. Каждая из семи вилл вожделенна для изучения, близка русскому человеку из-за причастности к знакомым официальным зданиям или дворцам культуры, копировавшим полладианские черты. А сама книга  - бесценна, потому что с ней в руках я могла осуществить эти воображаемые прогулки.