Хроника красного террора ВЧК. Карающий меч революции

Некоторые представления социалистов (и в частности большевиков), о будущем развитии нашего государства в переходный период от социализма к коммунизму, были, мягко скажем, несколько наивны. Но, ругать, а тем более смеяться над нашими предками мы не будем. Ведь, по сути, строилось первое в мире государство без эксплуатации человека человеком. И строилось оно без образца, без какой-либо модели, где-то по теории, а где-то, что называется "вслепую". Одна из таких наивностей - это представление о том, что после Октябрьской революции, взамен диктатуры буржуазии, возникнет диктатура пролетариата и 10% населения страны, приверженцев капиталистического уклада, будучи в абсолютном меньшинстве, смирятся с новым экономическим укладом, и не будут противодействовать Советской власти. Отнюдь. С первого же дня после провозглашения Лениным своей знаменитой фразы: "Революция, о необходимости которой все время говорили большевики, совершилась", реакция и контрреволюция подняла свою голову и заявила о себе во весь голос. Одним из проявлений этой борьбы стал саботаж государственных служащих. Т.е. капиталисты образовали фонд и из этого фонда выплачивались деньги госслужащим, дабы они не ходили на работу. Естественно функционирование государственных институтов прекратилось, что привело к дезорганизации работы всего государства. И с этим пришлось справляться ВЧК: "ВЧК быстро выяснила ключевые организации, стоявшие за забастовками, - "Союз трудовой интеллигенции" и "Союз Союзов" ... ВЧК провел обыск в квартире 17 в доме 46 по Литейному проспекту, где находился центр забастовщиков. В результате обыска были изъяты платежные ведомости забастовщиков с указанием фамилий лиц, получавших от стачечного комитета денежную помощь во время забастовки. Были выявлены источники этих средств - лица и организации их предоставлявшие..." Но это лишь одна из множества проблем, с которыми столкнулись большевики в начале своего пути. Во время Февральской буржуазной революции толпы рабочих и солдат, при полном попустительстве Временного правительства, разгромили тюрьмы и выпустили на свободу вместе с политическими заключенными толпы уголовников. Вал преступности захлестнул и Петроград, и Москву: "За неделю в Петрограде фиксировалось до 40 случаев убийств... Так за одни только сутки, с 10 на 11 января 1918 года в городе были зарегистрированы 8 крупных краж (более 300 руб.), 32 мелкие кражи на сумму менее 300 руб.; 6 разгромленных магазинов ... обнаружено 5 трупов: всего 93 происшествия. Средние же показатели колебались около цифры в 60 зафиксированных происшествий по городу за сутки..." Но и это еще не все. Эсеры, которым не нравилось засилье большевиков, во главе с Лениным, в Совнаркоме. А когда эсерам что-то не нравится, как правило, они берутся за револьверы и бомбы. "Под видом Солдатского университета Г. Семеновым была создана база террористов, где проходили обучение 20-30 солдат, вооруженных бомбами и ручным оружием. Общую численность боевой группы партии социалистов-революционеров удалось довести до 60-80 человек". Прибавьте к этому списку проблем анархистов, продолжавших под именем революции устраивать над офицерами самосуды, тем самым пороча Советскую власть: "Экипаж линкора "Республика", подавлявший выступления Краснова - Керенского в конце 1917 года стал центром бандитизма. Анархисты "Республики" и других примкнувших к нему морских экипажей устраивали самочинные расстрелы, "до 43 человек на брата", творя произвол от имени советской власти..." Об этом можно прочитать в книге Владимир Бонч-Бруевич - Страшное в революции как говорится, градус реализма зашкаливает. Ну и не будем забывать про многочисленную офицерскую спайку дворян - аристократов, которым явно не нравились люди, которых еще вчера можно было ударить по лицу или выпороть, а сегодня это "быдло" пришло к власти. И офицеры начали создавать свои антисоветские союзы. И ведь поначалу наивные и добрые большевики отпускали арестованных контрреволюционеров под подписку о том, что они никогда не поднимут оружие против Советской власти. "... В ноябре 1917 года в Петрограде был раскрыт заговор монархической группы В. М. Пуришкевича. Ревтрибунал, рассматривающий это дело, установил наличие связи заговорщиков с донским атаманом А. М. Калединым, закупку оружия, вербовку офицеров и юнкеров, планы вооруженного выступления в Петрограде. На суде проходила в качестве обвиняемых группа из 14 человек... Двое участников по молодости были освобождены. Пуришкевич был приговорен к четырем годам условно с испытательным сроком в один год; троих участников на этих же условиях приговорили к трем годам условных работ при тюрьме; остальные сроки были определены в пределах от двух до девяти месяцев. Первомайская амнистия 1918 года аннулировала оставшиеся тюремные сроки. Такие же мягкие приговоры в этот первоначальный период существования советской власти наблюдались и в других схожих случаях..." Святая простота, офицеры, давшие честное слово и выпущенные на свободу, тут-же от своего слова отказывались и мчались на восток России, где под патронажем западных "партнеров" сколачивалась Добровольческая армия. В какой-то момент (и очень скоро) большевики поняли что "Город Солнца" не построить вместе с бандитами, анархистами и ярыми контрреволюционерами всех мастей. А значит, нужна монолитная организация, которая будет бороться с противниками построения первого в мире Социалистического государства. И на жестокости реакции будет отвечать карающим мечом революции. Действие рождает противодействие. И не большевики начали эту кровавую вакханалию. Так 7(20) декабря 1917 года при Совнаркоме была создана Всероссийская Чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией и саботажем. И именно первым шагам ВЧК в борьбе с противниками социализма и посвящена книга Ильи Ратьковского. Заметим уважаемый читатель, что так называемый "красный террор" возник не по прихоти "людоедов - большевиков", которые, как нас уверяют капиталистические СМИ, "уничтожали все русское". "Красный террор" появился в ответ на террор белый: "26 декабря 1917 года, в Киеве был арестован и увезен в неизвестном направлении председатель Киевского Совета рабочих и солдатских депутатов Леонид Пятаков. В январе 1918 года тело Л. Л. Пятакова со следами пыток было обнаружено близ Поста-Волынского под Киевом. "На месте сердце была глубокая воронка, просверленная, очевидно, шашкой, а руки были совершенно изрезаны; как объяснили врачи, ему, живому, высверлили сердце, и он конвульсивно хватался за клинок сверлящей шашки". Только вот по ТВ о "белом" терроре вам не расскажут. Ну как же, белые офицеры, цвет аристократии, в принципе не способны на такие "поступки" в отличие от рабочего "быдла". Вот и выходит, что, не читая правильные книги вы, как тот Буратино, все время остаетесь в дураках. И в плену мифов о "людоедах - большевиках" и мифов о "красном" терроре. Книгу Ратьковского очень рекомендую к прочтению. Монография построена на фактологической основе, а по количеству ссылок видно, что Ратьковский "перелопатил" огромное количество документов, мемуаров и печатной продукции того времени. Книга позволяет понять читателю, с какими негативными факторами столкнулись большевики, веря в светлую идею построения социализма, а самое главное, автор исчерпывающе ответит на вопрос: Почему же большевики не хотели, но все-таки обнажили "Карающий меч революции"?

Тематика красного или белого террора - крайне болезненная, но актуальная как для людей, интересующихся историей в целом, так и желающих понять в частности, как дошли до жизни такой. 

Нельзя однако описывать историю террора - красного или белого - вне исторического контекста. Далее есть проблема - как этот исторический контекст подать, быть ли тут независимым наблюдателем или выступать обличителем с той либо иной стороны, особенно с учетом того, что речь идет о бессудных расправах над людьми, которых угораздило родиться не того происхождения.

Автор вроде как пытается выступать с позиции историка, фиксирующего факты, да получается плохо, мертвого осла уши торчат.

В этом и состоит основная претензия к работе И.Ратьковского: внешне пытаясь выглядеть объективным историком, он сам себе на все вопросы уже ответил и далее строит картину мира в соответствии с представлениями о прекрасном: красный террор - вынужденная мера, ответ на угрозы и вызовы советского государства, обусловлен стремлением руководства страны обезопасить свое положение от возможных посягательств контрреволюции. Мол не осталось у них другого выхода, выкрутили им руки, вынудили убивать, а до декрета они всех по домам отпускали, а что Муравьев П.А. до двух тысяч расстрелял в январе 1918, так это ответ на репрессии белых и даже Дзержинский осуждал это. А если где то пытали и шлепали направо и налево - это перегибы на местах, руководство с этим боролось. 

Увы, даже из тех фактов, что автор приводит или о которых умалчивает, нет такой уверенности. Например, о правительстве большевиков он толкует как об устоявшейся власти, которой мешают работать контрреволюционные элементы, каковыми автор именует и  эсеров. Но так позвольте: во-первых, большевики с эсерами - узурпаторы, захватившие власть в результате переворота, и прав на власть у них не больше, чем у других партий; во-вторых, как и почему эсеры оказались зачислены в контрреволюционеры автор решительно молчит)

О разгоне Учредительного собрания и митингов в его поддержку говорится опять как о вынужденной акции борьбы с контрреволюцией, забывая указать, что большевики сами участвовали в выборах и проиграли их, после чего «учредиловку» не признали и разогнали, расстреляли демонстрацию в поддержку, преследовали выигравших эсеров. Всего этого в книге нет, а есть информация, что неуправляемые эсеры де склонялись к тактике индивидуального террора в отношении руководства большевиков. 

Или вот еще пример: автор высказывает претензию, мол госслужащие саботировали работу аппарата и участвовали в забастовке, пытались парализовать молодое советское государство) Но, наверное, надо напомнить, что совсем недавно именно забастовки рабочих были методами, используемыми Советами для борьбы с царским, а потом и буржуазным правительством, и вот пришли социалисты и при них уже бастовать нельзя, ты - «контра», сразу к стенке может и не поставят, но без пайка останешься. 

Есть вопросы и по хронологии: почему то расстрелы граждан до 30.08.1918 автор за террор не считает. И я совершенно не к тому, что белый террор чем-то хорош или лучше чем красный, я к тому, что мне не нравится вранье.

Вот почитайте его выводы: «Введение режима красного террора в сентябре 1918 г. было облегчено наличием к этому времени ряда предпосылок, прежде всего политического и социально-психологического характера. Экономическая и политическая дезорганизация страны, снижение авторитета центральной власти, радикализация масс, обесценивание жизни и раскол общества в ходе Первой мировой войны и революции 1917 г. привели к появлению признаков надлома традиционной системы в 1917 г. в виде спонтанного роста погромов, самосудов и бандитизма. Постепенно создается социальная база террора – люмпенизированные слои населения, которые навязывает обществу силовое решение стоящих перед ним проблем, отрицая при этом существующую государственность с ее законами. Террор в Гражданской войне из общественно-бытового явления становится политическим, присущим для всех сторон. Красный, розовый, желтый, черный, зеленый, белый террор – лишь условное обозначение одного и того же явления, преломления террористического мышления в призме политических воззрений на составные части, подобно преломлению луча света».

Каков слог - «облегчено наличием предпосылок») 

Вроде как все происходит из-за объективных социальных процессов, последствий Первой Мировой войны и большевики к этому никакого отношения не имеют, не они захватили власть, не из-за их действий деградировали государственные институты и люмпенизировалось население.

«Мы не ведем войны против отдельных лиц, мы истребляем буржуев как класс, – писал Лацис. – Не ищите на следствии материала и доказательства того, что обвиняемый действовал словом или делом против Советской власти. Первый вопрос, который вы должны ему предложить, к какому классу он принадлежит, какого он происхождения, воспитания или профессии. Эти вопросы и должны определить судьбу обвиняемого. В этом смысл и сущность красного террора».
Вот что говорят пришедшие к власти фанатики, готовые за ради своих идеалов убивать любое количество людей. Но даже и тут автор вставит свои пять копеек: «Руководство большевистской партии негативно отнеслось к подобной публикационной деятельности М.Я. Лациса…»

В общем, не люблю, когда меня держат за дурачка и пытаются свою картину мира и ценностей инкорпорировать под видом объективного разбора фактов.