– В детстве ещё научился. Классе в четвёртом. Сам. По роликам на «Ютьюбе». Нашёл на даче старую папину гармошку и играл на ней. Ты представь! Десятилетний парень взял и научился играть на музыкальном инструменте. А всё потому, что я этого хотел. Когда хочешь что-то изучать, а не когда тебе это навязывают, сразу появляются и силы, и энтузиазм.
Я задумалась, наблюдая, как лучик фонаря танцует на блестящем боку гармошки, а буквы bee совсем исчезают в бликах света.
– С другой стороны, – возразила я, – иногда надо, чтобы навязали. Ты не всегда сам точно можешь определить, что тебе следует изучать и в каких объёмах.
– Не согласен, – покачал головой Ромка. – Это теория жертвы. Стокгольмский синдром. Меня заставили учиться, но мне нра-а-авится, нра-а-авится…
Я покачала головой. Мне хотелось поспорить, и я пыталась вспомнить слова для того, чтобы объяснить свою позицию. Стояла, кусая губы. Так и не придумала ни одного аргумента.
– Хотя, – подумав, сказал Ромка, – иногда так бывает, что вроде бы хочешь учить что-то. А не получается. Не выходит что-то запомнить или что-то посчитать, решить задачу… Хочется бросить в этот момент. И тут нужно, чтобы кто-то надавил. Кто-то знающий, а может, просто верящий в тебя. Или вот ещё подготовка. Допустим, хочешь куда-то поступить. А для этого нужно сдать те предметы, которые ты не особенно любишь. Тогда приходится начинать их… Нет, может, и не любить. Но хотя бы по-человечески к ним относиться. С душой. Они в таком случае как бы становятся частью твоей армии. Которая должна помочь тебе завоевать нужный вуз.