За зачиненими дверима

«Страх – лучшее средство для манипуляции»

Каждый отдельно взятый день длится бесконечно, а вот воскресенья почему-то проходят очень быстро

Я не винила их: они по-своему любят нас, как и мы их; просто некоторые не созданы быть родителями.

Ужасно зависеть от кого-то в простых бытовых мелочах

<...> я невольно отмечаю его прекрасные манеры. Ужасно, что при всем при этом он такой бессердечный ублюдок.

Хорошо, когда кто-то счастлив

Вот и шаги на лестнице. Еще секунда – и в замке поворачивается ключ. Дверь открывается.
Смотрю на Джека и, как всегда, не верю своим глазам: как он может выглядеть таким нормальным? Ни рогов, ни остроконечных ушей – ничего, что указало бы окружающим на сидящего внутри дьявола!

Иногда идеальный брак - это идеальная ложь

– А нельзя ли мне виски вместо вина? Конечно же нет?
– Виски?
– Да.
– Не знал, что ты пьешь виски.
– А я не знала, что ты психопат. Просто принеси мне виски, Джек.

В такие вечера я убеждаюсь, что не влюбиться в Джека было невозможно. Интересный, умный, обаятельный; всегда точно знает, что и как сказать.

Вытягиваю перед собой руки. Они трясутся, и я не могу унять дрожь. Я лишь недавно поняла, что страх – лучшее средство манипуляции. А Джек знал это всегда.

У меня нет ни книг, ни бумаги, ни ручки. Мне нечем себя занять, и я провожу дни в полной прострации. Бессмысленный кусок мяса.

– Грейс, ты ведь не работаешь? – продолжает Эстер свой допрос.
В ее голосе слышится плохо скрываемое пренебрежение, с которым работающие женщины обычно обращаются к домохозяйкам.

На публике Джек снова становился таким, каким я его полюбила. Он искусно изображал внимательного, любящего супруга, и иногда – например, в ресторане – я забывала, кто он на самом деле. Конечно, не устраивай он эти спектакли, помнить было бы легче. Но даже когда я помнила, то не могла поверить, что мужчина, с обожанием глядящий на меня через стол, – мой тюремщик; казалось, все это я просто выдумала.

Похоже, никто не способен усомниться в абсолютной идеальности нашего брака. Когда мы встречаемся с друзьями, их слепота меня просто поражает: они свято верят, будто мы с Джеком живем в полном согласии и никогда не ругаемся. Что я – интеллигентная тридцатидвухлетняя женщина без детей – счастлива целый день сидеть в четырех стенах и заниматься хозяйством.

Страх - лучшее средство манипуляции

Такие положительные персонажи как раз самые опасные.

Мужчин, виновных в домашнем насилии, можно лишь презирать.

Чем выше взлетаешь, тем больнее падать.

Мой муж оказался другим человеком; смогу ли я с этим примириться?