Цитаты из книги Mrs. Dalloway

Как женщина, сбросив затрапезное платье и беленький фартучек, надевает синее и жемчуга, все плотнее день сменял на дымчатое, наряжался к вечеру; и с блаженным выдохом женщины, скидывающей надоевшую юбку, день скидывал пыль, краски, жару; редело уличное движение; элегантная звонкость автомобилей замещала тяжелый грохот грузовиков, и там и сям в пышной листве блестели уже густые, жирные пятна. Я ухожу, будто говорила вечерняя заря, и она выцветала и блекла над зубцами и выступами, над округлыми, островерхими контурами домов, гостиницы, магазинов, я блекну, говорила она, мне пора, – но Лондон и слушать ничего не хотел, на штыках возносил ее к небу и силком удерживал на своей пирушке.

...Из-за его восторга — а как же ещё прикажете это назвать? — у Лили Бриско совершенно вылетело из головы всё, что она намеревалась сказать. Чушь какую-то; что-то насчёт миссис Рэмзи. Всё бледнело рядом с этим «восторгом», этим немым созерцанием, за которое она была истинно ему признательна; ведь что ещё может так утешить, так развязать жизненные узлы, так облегчить, как не эта высшая сила, небесная благодать, и её не станешь тревожить, пока она длится, как не будешь ломать привольно разлегшийся поперёк пола солнечный луч.

То, что люди способны так любить, что мистер Бэнкс способен чувствовать такое к миссис Рэмзи (она его оглядывала в раздумье), в сущности, ведь помогает жить, возвышает душу. Она вытирала старым лоскутом одну кисть за другой, нарочно с особенной тщательностью, таким образом прячась от восхищения, распространявшегося на всех женщин сразу. В сущности, ведь это и ей самой комплимент. Пусть его смотрит...

"Когда любишь – делаешься такой одинокой, думала она."
"Что такое мозги, – сказала леди Россетер, вставая, – в сравнении с сердцем?"
"Он вполне счастлив – он уверял, – совершенно счастлив, хотя ничего абсолютно не сделал такого, о чем было столько говорено; взял и загубил свою жизнь; вот что до сих пор ее бесит."
"Стать бы как Ричард, например, и делать что-то просто так, раз надо, а она, думала Кларисса, ожидая у перехода, вечно делает что-то не просто, чтоб делать, а чтобы понравиться; полный идиотизм, думала она (но вот полицейский поднял руку), никого ведь не проведешь."