Цитаты из книги Тринадцать лет пути

— Любовь бывает только с первого взгляда, – сказал Павлыш. – Иначе какой в ней смысл? Зачем приглядываться полгода? Чего нового увидишь?

В воображении очень легко идти на жертвы

Мы покоряем космос, а уважать окружающих так и не научились

Тщеславие планеты хуже тщеславия отдельного человека

Люди, не способные принять решение, - преступники

— Гуси спасли Рим, – говорил Варгези, глядя на Павлыша пронзительными черными глазами. – Но никто не задумывается об их дальнейшей судьбе. А ведь гуси попали в суп. В спасенном же Риме. Так что на их судьбе факт спасения Рима никак не отразился. Представляете, что говорили их потомки: наш дедушка спас Рим, а потом его съели.

Человек с новостью всегда интереснее женщине, чем человек просто так.

И тут Павлыш вдруг почувствовал, что его перестает интересовать разговор. Даже не мог понять почему. Как будто он уже слышал когда-то раньше, что скажет увлекшийся юноша, и знал, что на каждое возражение Павлыша у него будет разумный ответ, и знал даже, что ему никогда не поколебать глубокой уверенности экспериментатора в правильности и нужности всего сделанного в этой долине.

Научитесь слушать правду, и вообще научитесь слушать. Мы покоряем космос, а уважать окружающих так и не научились.

Голова болела так, что хотелось отвинтить ее и пожить хоть немного без головы.

— Ты была отличницей? — Это не так сложно, Слава. Нужно только вовремя делать уроки. Не откладывать их на завтра.

Но парадокс влюбленности как раз в том, что явления, в обычной жизни вызывающие протест, в объекте любви пленяют. Любовь кончается тогда, когда человек начинает тебя раздражать. Мелочами, деталями, голосом, жестами.

Легкомыслие иногда нападало на Павлыша, как болезнь. Он потом сам себе удивлялся – почему вдруг серьезные мысли пропадают куда-то?

Поступки лучше совершать тогда, когда есть кому оценить их благородство.

... домашние гуси функционально предназначены, чтобы их съели. Спасение Рима – для них случайность.

Наверное, – думал Павлыш, – многие хотели бы вернуться. И я хотел бы. Но не хотел бы жить на Земле и через тринадцать лет спохватиться: вот сегодня я ступил бы на ту планету.

Мы покоряем космос, а уважать окружающих так и не научились.

Вы хотели превратить неразумных существ в разумных и потому отказали им в праве на разум.

Когда человек уверен, ему не надо кричать и злиться.

Скорее я зевака. Я готов неделями наблюдать, как ползет кузнечик по листу лопуха или как убирают снег на улицах. Между прочим, удивительное зрелище.