Три сестры, три королевы

Никто не знает, на что он способен, пока не приходит время себя проявить, – говорит он.

Правила чести и закон – это то, что могущественные дают беспомощным, если они того пожелают, – отвечает мне сын, король, все детство проведший чьим-то пленником. – Ни один человек, обладающий здравым смыслом, не станет полагаться на правила чести.

Все-таки любовь и ненависть рождаются из одного корня - страсти.

- Я верю в то, что Господь желает видеть меня подобной ему, как сказано, сотворенной по его образу. Чтобы я думала той головой, которую Он мне дал, зарабатывала себе на существование теми умениями, которыми Он меня наградил, и любила тем сердцем, которое Он поместил в моей груди.
Маргарита Тюдор

Никто не знает, на что он способен, пока не приходит время себя проявить

в каждой радости есть печаль, а власть и мирские утехи - удовольствия проходящие.

- Я бы посоветовала любой женщине трудиться изо всех сил, добиваться всего, чего она может добиться, и никому этого не отдавать. Ни одну женщину нельзя принуждать отказаться от того, что она заслужила, или от самой себя. Мудрая женщина умножит свое достояния, сделав себя равной мужу, а добрый закон защитит ее права, а не обворует, как муж завистливый.
Маргарита Тюдор

- Мне сейчас думается, как мы, три девочки, полные надежд, встретились в этой жизни и к какому концу нас привел этот жестокий мир. Мир, в котором мужчины повелевают женщинами, где женщин можно уничтожить и поэтому унижают. Мы потратили столько времени, восхищаясь и завидуя друг другу, а должны были помогать и защищать.
Мария Тюдор

Приезжай, я покажу тебе рубин! Это самый большой камень из тех, что я видела за всю свою жизнь! С ним на шее можно утопиться!

Королевой не становятся, надевая шелковое платье на фермерскую дочку. На свинью хоть золотую цепь надень, она все равно только на бекон и сгодится.

Ни одну женщину нельзя принуждать отказаться от того, что она заслужила, или от самой себя.

В чем же тогда смысл любви, если она не делает нас добрее? И зачем нужны сестры, как не для того, чтобы защищать друг друга?

Нас было трое, и у нас была единая судьба: быть королевами, сестрами, соперницами.

Мы, особы королевской крови, отличаемся от простолюдинов тем, что можем скорбеть и горько оплакивать свои утраты глубоко в душе, но продолжим исполнять свой долг и превращать дворец в центр красоты, искусства и всяческого мастерства.

Разумеется, он очень стар, ведь ему уже тридцать, но в нём не угадывается скованности и негибкости, свойственной людям в возрасте.

"...Вот какова судьба женщин: стоит им начать действовать самостоятельно, защищая свои интересы, их тут же считают грешниками, когда они добиваются успеха, их клеймят шлюхами..."

Это любовь, и я поглощена ею. я и представить себе не могла, что так бывает, не ожидала познать ею. Перечитываю баллады, чтобы сравнить мои чувства с тем, о чем пели трубадуры, и велю своим музыкантам петь о любви и страстном томлении.

Говорят, что за звоном одной свадьбой всегда слышен звон следующей.

«- Жалость едва ли можно назвать бедой
- Она одна из худших бед».

«- Вы говорите как кузнец, а не король.
- Так и есть. Я кую своё королевство из сборища кланов».