Harry Potter et le Prince de Sang-Mêlé

«— Думаю, вам лучше рассказать об этом профессору Дамблдору. — сказал Гарри. — Ему следует знать, что Малфой празднует… то есть, что кто-то выкинул вас из Выручай-комнаты.К его удивлению, профессор Трелони, услышав это предложение, надменно выпрямилась.— Директор школы дал мне понять, что предпочел бы видеть меня пореже, — холодно сказала она. — А я не имею привычки навязывать свое общество тем, кто его не ценит. Если Дамблдор предпочитает игнорировать предостережения, которые сообщают ему карты…Внезапно ее костлявые пальцы сомкнулись на запястье Гарри.— Раз за разом, как бы я их ни раскидывала… — И профессор Трелони театрально выхватила из-под шалей игральную карту. — Башня молний, — прошептала она. — Несчастье. Бедствие. Все ближе и ближе…»

«— Можно подумать, людям больше посплетничать не о чем, — сказала в один из вечеров Джинни, сидевшая на полу общей гостиной, прислонясь спиной к ногам Гарри и просматривая номер «Ежедневного пророка». — Три нападения дементоров за неделю, а у Ромильды Вейн только один вопрос ко мне и нашелся: правда ли, что у тебя на груди наколот гиппогриф?Рон с Гермионой покатились со смеху. Гарри в их сторону даже не взглянул.— И что ты ей ответила?— Что у тебя там Венгерская хвосторога изображена, — ответила Джинни, неторопливо переворачивая газетную страницу. — Пусть считает, что ты настоящий мачо.— Ну спасибо, — ухмыльнулся Гарри. — А Рона ты чем наградила?— Карликовым пушистиком. Правда, я отказалась сказать, на каком месте он его наколол.Рон недовольно нахмурился, Гермиона прыснула.— Вы, знаете ли, не зарывайтесь, — сказал Рон, грозя Гарри и Джинни пальцем. — Если я вам чего разрешил, так я и передумать могу…— Разрешил? — насмешливо переспросила Джинни. — С каких это пор мне требуются твои разрешения? И кстати, ты же сам говорил, что уж лучше Гарри, чем Майкл или Дин.— Ну говорил, — нехотя согласился Рон. — Так это пока вы не начали целоваться да обниматься у всех на виду…— Вот ведь ханжа паршивый! Вы-то с Лавандой не липли, что ли, друг к другу по всему[…]»

«— Мистер Филч давно уж подыскивал помощника, который смог бы привести в порядок эти старые архивные дела, — ласково сказал Снегг. — В них содержатся записи о правонарушителях Хогвартса и понесенных ими наказаниях. Нам хотелось бы, чтобы вы заново переписали карточки, на которых выцвели чернила, а также те, что погрызены мышами, и в алфавитном порядке разложили копии по коробкам. Магию использовать запрещается.— Разумеется, профессор, — сказал Гарри, вложив в последнее слово столько презрения, сколько смог.— Думаю, вы могли бы начать, — злорадно улыбаясь, продолжал Снегг, — с коробок от тысяча двенадцатой до тысяча пятьдесят шестой. Вы встретите в них знакомые имена, что сделает вашу работу еще более интересной. Вот, гляньте-ка…Он театрально вытащил карточку из верхней коробки и прочитал вслух:— «Джеймс Поттер и Сириус Блэк уличены в применении незаконных чар к Бертраму Обри. Голова Обри вдвое увеличилась в размере. Двойное задержание в школе». — Снегг глумливо оскалился. — Приятно, должно быть, думать, что вот они нас покинули, а хроника их великих деяний остается с нами.»

«— Гарри, — сказала Гермиона, — как ты можешь по-прежнему защищать его книгу, когда это заклинание…— Да отцепись ты от книги! — выпалил Гарри. — Ну, занес Принц в нее заклинание, ну и все! Он же не рекомендовал его использовать! Откуда мы знаем, может, он просто отметил то, что использовали против него!— Я в это не верю, — сказала Гермиона. — Ты просто оправдываешь…— Я не оправдываю того, что сделал! — мгновенно откликнулся Гарри. — Я жалею, что сделал это и не из-за одной только дюжины отсидок. Ты прекрасно знаешь, я не воспользовался бы таким заклинанием даже против Малфоя, но и Принца винить не в чем, он же не написал: «Попробуйте, отличная штука». Он просто делал заметки для себя, не для кого-нибудь другого…— Ты хочешь сказать, — произнесла Гермиона, — что собираешься вернуться назад и…— И забрать книгу? Да, собираюсь, — с силой ответил Гарри. — Послушай, без Принца я никогда не получил бы «Феликс Фелицис». Не узнал бы, как спасти Рона от яда. Не смог бы…— Обзавестись репутацией блестящего мастера зельеваренья, которую ты не заслужил, — ядовито добавила Гермиона.— Угомонись, Гермиона! — сказала Джинни, и Гарри изумился, почувствовав такую благодарность, что даже поднял на нее взгляд. — Похоже, Малфой собирался применить непростительное заклятие, ну так радуйся, что у Гарри имелось в[…]»

«Снегг вынимал книги одну за одной и просматривал их. Наконец в сумке осталась самая последняя — учебник по зельеварению, его Снегг изучил очень внимательно.— Это ваш «Расширенный курс», Поттер?— Да, — сказал все еще не отдышавшийся Гарри.— И вы совершенно в этом уверены, не так ли?— Да, — немного вызывающим тоном подтвердил Гарри.— Вы купили его в магазине «Флориш и Блоттс»?— Да, — твердо повторил Гарри.— Тогда почему же, — поинтересовался Снегг, — на внутренней стороне обложки значится «Рунил Уозлиб»?Сердце Гарри замерло.— А это у меня прозвище такое, — ответил он.— Ваше прозвище, — повторил Снегг.— Ага, так меня друзья называют, — подтвердил Гарри.— Значение слова «прозвище» мне известно, — сказал Снегг.»

«— Вообще-то Снегг прав, верно? — сказал Рон после того, как минуту-другую разглядывал себя в треснувшее зеркало. — Не знаю, стоит ли мне соваться на испытания. Ничего у меня не получается с трансгрессией.— Ты можешь записаться на дополнительные занятия в Хогсмиде, посмотреть, что они тебе дадут, — рассудительно заметил Гарри. — Все интереснее, чем пытаться попасть в дурацкий обруч. А если не добьешься… ну знаешь… нужных результатов, так просто отложишь испытания и пройдешь их вместе со мной, после лет… Миртл, это все-таки мужской туалет!»

«— Видимо, Поттер может рассказать нам об этом много интересного, — неожиданно сказал Снегг, ткнув палочкой в конец класса; черные глаза его не отрывались от Гарри. — Давайте спросим у Поттера, как нам отличить призрака от инфернала.— Э-э… ну… призраки, они просвечивают… — промямлил Гарри.— Замечательно, — скривив рот, перебил его Снегг. — Что ж, как легко видеть, почти шесть лет магического образования потрачены на вас не впустую, Поттер. «Призраки, они просвечивают».Пэнси Паркинсон визгливо хихикнула. И еще несколько учеников расплылись в глупых улыбках. Гарри набрал побольше воздуха в грудь и спокойно продолжил, хоть внутри у него все кипело:»