Кэт сидела напротив меня и, сжав губы, смотрела, как я подношу вилку ко рту. Желудок противился тому, что я собирался сделать. Что-то в этих блинах настораживало. Во-первых, их размер – с небольшую луну. Во-вторых, когда в покосившуюся стопку вонзилась вилка, середина оказалась жидкой, а так быть не должно. Когда же я поднял наколотый кусок, из него посыпалось что-то желтое и порошкообразное. Кажется, это была плохая идея. Я посмотрел на кухонный стол, по которому словно пронесся смерч: сковорода вся в тесте, как и стол, и свитер Кэт. Потом мой взгляд упал на блины. Будь я человеком, я бы побоялся их пробовать. Сунув кусок в рот, я чуть его не выплюнул. Потом я через силу жевал пресное непропеченное тесто пополам с мукой. Даже кленовый сироп не помог. Заставив себя проглотить эту дрянь, я натянуто улыбнулся.