Графоманство – болезненный аппетит. В издании 1992 года переводчик этого неприлично огромного тома не указан, но надо быть справедливым – порой лирика увлекает и трогает за живое искусственной, но чудодейственной силой слова. Анн Голон скрупулезно взялась описывать чуть ли не каждый день жизни своей героини. Есть в этом ряду романы и пострашнее. Но годичный цикл в данном случае жуется как привычный сериал – уже не интересно, но осилить надо хотя бы ради сюжета. Поманив в предыдущей части обещанием возвращения версальских интриг посреди канадской природы, писательница решила еще потомить любовные чувства под соусом измен. Да, сцена с нашествием Уттаке на Квебек – бесспорно лучшая, развернутая с эпическим масштабом, когда на фоне надвигающейся тьмы катастрофы вырисовываются рельефные тени судьбоносных фигур. Но всё остальное время сюжет построен вокруг «любит – не любит – в щечку поцелует – с глаз долой прогонит». О, это яростное страдание Анжелики, вылезшей только что из постели любовника и узнавшей, что муж удовлетворил ее подругу-не подругу! Когда пытаешься осмыслить идейный пласт романа, то погружаешься в пучину человеческого несовершенства. Все герои недовольны своей жизнью и ищут приключений и испытаний. Только их не заботит суровая природа, загадочная цивилизация жестоких индейцев. Они решают собственнические конфликты – претензии на тело и статус в обществе. Старательно выстраивая идиллию единения Анжелики с Новым Светом, Голон вдруг поворачивает оглобли в сторону города Парижа и короля. Героиня, на протяжении уже не первого романа повторяющая мантру «люблю мужа и только мужа», начинает чесаться во всех местах, потому что отвергнутый король поманил, сотворив ради нее то, чего никогда не было в реальной истории. Покрошив в винегрет кучу злодеев, упившись кровью своих недругов, героиня боится лишь одного – снова разозлить дорогую игрушку. И финал романа томительно оттягивает финал эпопеи. Нравы эпохи всё больше перерождаются в литературный экзот с порнографическим уклоном от одной постельной сцены к другой, нелепыми мужчинами-любовниками и совершенными в любовном пыле дамами. И мелодраматическое чутье не изменяет писательнице, когда трагедийными вестниками оживают в самых неожиданных местах в и без того многофигурном полотне давно позабытые эпизодические персонажи. Время жизни и время смерти подвластны фантазии литератора, воплощающего всегдашнюю мечту читателя о неисповедимых путях Господних, разрешающих от бремени, воскрешающих надежду и прощающих ошибки. Правда, всегда есть соблазн подменить их искушением, ребусом, заварить на густом клейстере слез и прочих эмоциональных жидкостей новую интригу. Вообще, в случае с Анжеликой, труды Жан-Поля Сартра не пропали даром. И вульгарный экзистенциализм нередко торжествует в ее приключениях, обнаружить его можно попытаться именно в квебекском марафоне. Кризисное мышление заглавной героини не просто двигатель интриги, но и демонстрация бытийной ответственности за себя перед лицом социально-политической обстановки. Вообще, можно даже заняться подсчетом, сколько раз мадам де Пейрак испытывает страх – за жизнь, семью, чувства, и каждый такой кризис складывается в копилку ее бунта против навязанных стереотипов. Между прочим, убегая от смерти на протяжении десяти книг, она вдруг готова умереть от ревности, выродившейся в бессилие, ложную грезу об утраченной любви.

Итак, Анжелика благополучно прибыла в Квебек и покорила его высший свет. Но враги не повержены, они лишь временно отступили. Зато возрождаются и оживают призраки прошлого, и с ними героине приходится бороться. «Анжелика» - не просто любовный роман. Это история Любви, развитие Любви от ее рождения до зрелости. Любви, которая обогащается, проходя через испытания. Не будь этих испытаний, для героев всё закончилось бы первой книгой. Жоффрей удрал бы куда-нибудь за приключениями (и он не раз признавался в этом), Анжелика же влюбилась бы в кого-нибудь еще. Перенесенные ими несчастья не разрушают их, а обогащают. Эти беды были не - «За что?», а - «Для чего?». Встретились герои уже другими. В Квебеке их испытанием явилось испытание светским обществом, общественными обязанностями, которые разделяют их, создают для каждого свой отдельный мирок. Summary: это 11-я книга серии. По-прежнему интересно, но что-то я уже подустала. Хорошо, что осталось немного...