Charlie og sjokoladefabrikken

Я подарю тебе не просто кое-что, а кое-что из чего-то лучше любого чего-нибудь…

Ведь это кощунство, ведь это обман,
Когда вместо книги – телеэкран!

Конфеты не имеют смысла. На то они и конфеты.

Бывает, когда взрослые говорят «навсегда», это значит «очень-очень надолго».

– Не отчаивайтесь! – крикнул мистер Вонка. – На свете нет ничего невозможного!

В холодную погоду почему-то ужасно хочется есть. Мы начинаем мечтать о горячем жарком, о теплом яблочном пироге и о других согревающих блюдах, а поскольку мы гораздо удачливей, чем нам кажется, мы обычно получаем все, что хотим, или почти все.

Сам я телевидение не люблю. Полагаю, оно хорошо в малых дозах, но, насколько я знаю, дети не умеют ограничиваться малыми дозами.

Но какого же он был маленького роста!
На нем был фрак из превосходного темно-фиолетового бархату. И темно-зелёные брюки. И жемчужно-серые перчатки.
А на голове красовался чёрный цилиндр.
В руках мистера Уонка держал изящную тросточку, отделанную золотом. Его подбородок обрамляла аккуратная чёрная бородках-эспаньолка. А глаза-глаза были невероятно живыми и яркими. Они как будто сияли каким-то волшебным светом и озаряли все лицо радостью и весельем.

- И кроме того,-продолжал дедушка Джо, произнося каждое слово медленно и отчётливо, чтобы чарли не пропустил ничего,-м-р Уилли Вонка умеет делать зефир, который пахнет фиалками, большие карамели, которые, когда их сосёшь, меняют цвет каждые 10 секунд, и маленькие воздушный конфетки, которые исчезают, как только положишь их в рот. Он изобрёл жевательную резинку, которые никогда не теряет вкус, и сахарный шарики, которые можно назвать до гигантских размеров, а потом проткнуть булавкой и съесть.

Причём это было не просто большая шоколадная фабрика. Это была самая большая и самые знаменитые на свете «Уонказ Фэктори», принадлежавший человеку по имени Уилли Уонка, Величайшим шоколадных дел мастер всех времён и народов.

— По правде говоря, нам не на что рассчитывать, — шептал он, нервно посмеиваясь. — Ты ведь и сам это понимаешь, правда?
— Да, — сказал Чарли, - понимаю.
Они посмотрели друг на друга, и нервный смех деда передался внуку.
— Но запомни, — сказал старик, — самый маленький, ничтожный шанс у нас все-таки есть.

Кондитер должен летать в одиночестве. Следовать за мечтой, да, не смотря ни на что. Посмотрите на меня, у меня нет семьи и я процветаю.

Выбросьте телек, нету в нем толку,
Повесьте на стенку книжную полку,
И по прошествии нескольких дней
Вы не узнаете ваших детей -
Радостный взгляд и смеющийся рот,
Их за собой позовет Вальтер Скотт.
Задумчивый Диккенс, веселый Родари,
Мудрый Сервантес им счастье подарит.
Бэмби проводит в сказочный лес,
Алиса поведает массу чудес,
И обязательно ночью приснится
Неуловимая Синяя Птица.

«— Милый ты что-нибудь принёс?
— Нет…
— Ничего, с капустой вкуснее всего капуста»

А между прочим, ребята, вы знаете, что шоколад способствует выработке эндорфинов? Создает ощущение влюбленности.

Еда – его хобби.
Больше он ничем не интересуется.

– Из него сделают ириску в шоколаде! – завопила миссис Глуп.
– Никогда! – воскликнул мистер Вонка.
– Конечно, сделают! – вопила миссис Глуп.
– Я не допущу этого! – кричал мистер Вонка.
– А почему? – вопила миссис Глуп.
– Потому что он будет невкусный. Только вообразите – АВГУСТИЧНЫЙ ГЛУП В ШОКОЛАДЕ! Его не станут покупать!
– Еще как станут! – обиделся мистер Глуп.

– Папа, – сказала Верука Солт, – я хочу такую лодку. Купи мне большую розовую леденцовую лодку, как у мистера Вонки! И я хочу много умпа-лумпов. Хочу, чтоб они меня катали на лодке! И шоколадную реку хочу! И... и...
– А по попе она не хочет? – прошептал дедушка Джо на ухо Чарли.

- Не забывай, - посоветовала бабушка Джорджина, - что бы ни случилось, у тебя есть плитка шоколада.