Хрома. Книга о цвете

Формально "Хрома" пересекается с двумя жанрами: это модные нынче "истории вещей" (совсем близко - под эгидой "Теории моды" недавно вышло несколько томов "Истории цвета") и ностальгические истории о вещах (отцовское кресло "в русском стиле" у Мандельштама, памятникпушкину Цветаевой, многоголосые плачи по советскому мороженому и колбасе). Но в действительности то, что делает здесь Джармен, напоминает скорее работу средневекового учёного, читающего окружающий мир, как книгу. Погружаясь в хитросплетения ассоциаций, связанных с цветами, Джармен не пытается ничего "деконструировать"; наоборот: каждая ассоциация, каждая связка - какой бы искусственной (и он это понимает!) она ни была, - для него драгоценна, это способ увидеть мир в песчинке и вечность в проходящей минуте. Написанная незадолго до смерти, в процессе длительного и мучительного лечения, на пороге слепоты, эта книга исполнена какого-то удивительного смирения и благодарности - за то, что у эти красный, и жёлтый, и лазурный и скромный недооцененный коричневый были; и еще за то, что в зелёном открывалась жизнь, в голубом - вечность, в коричневом - дом, пища, земля.

И это никакой не "учебник режиссуры", конечно. Учебник жизни - может быть.

Необычная книга.

В основе – история изобретения красок, представляющая собой более-менее связный текст и сопровождающаяся рассказом о каждом цвете. Остальное – обрывки мыслей: ассоциации, фразеологизмы, цитаты, часто превращающиеся в поток сознания. Обращается Джармен и к нетривиальным цветам – лиловому, фиолетовому, пурпурному и т.п.

Эта книга – отражение многообразия мира, пример того, как его видел художник и режиссёр на закате жизни, умирая от СПИДа, почти ослепнув.

Больше всего запомнилась глава про голубой/синий цвет (blue), которую, наверное, можно охарактеризовать двумя словами: вечность и грусть. В английском языке есть выражение to feel blue = чувствовать меланхолию, печаль, и текст наполнен этими эмоциями – при описании посещения больницы, безрезультатного лечения, постепенной потери зрения. Они наслоились на мои собственные воспоминания – о последнем фильме Джармена «Blue», где на синем фоне актёры читают его стихи, отрывки из дневников.

В ней много собственных стихов, и это, наверное, единственное, что прошло мимо: не поклонница поэзии, но было любопытно.

Очень медитативная книжка, вызывающая на размышления.

Привет. В этой, скучной, на первый взгляд, небольшой книжечке, сокрыта бесконечная, как сны и красочная, как мировая живопись, история. Скучная с моих слов, история эта проникнута романтикой, глубиной и неким провидением, потому что некотрое время назад книжечка эта попала мне в руки. Точнее - я ее ощутила в руках. В далеком 2008 году я впервые увидела один из фильмов Дерека Джармена, автора этой книги и удивительнейшего из режиссеров всех времен. Как водится, в аннотации к книге он упомянут как знаменитый британский режиссер, но многие ли смотрели его фильмы в России? Увы, но в далеком 2008 году ситуация с его известностью в Росии была еще хуже, чем сейчас, а сейчас она ограничивается чуть расширившимся кругом любителей фильмов "не для всех", и то, думаю, многие из этих любителей отворачивают свои нечуткие носы. А зря. Ведь нет такого режиссера, чьими кадрами можно было бы украшать чуть ли не стены Лувра - так они выверены, тонки, поэтичны и поистине живописны. Меня это сразило с первого взгляда и я решила искать информацию о нем. И наткнулась на редкую на тот день книгу под его авторством. "Хрома. Книга о цвете". Ее я нашла к 2010 году. Пдф, некоммерческий, но превосходный перевод. Я начала ее читать. Восхищение. Не смогла читать дальше, была мала, развитие мозга у меня не догоняло некоторых сверстников и я ее отложила до лучших времен. И, как водится, если достаточное время подождать, лучше времена приходят в ошарашивающе наилучшем виде, и я узнаю, что ее издали в бумаге. Месяцем позже я благоговейно держу ее в руках. Перевод тот же, ни с чем не спутаешь. Неделей позже я ее прочитываю, оттягивая момент окончания насколько могу, потому что ничего прекрасней о цвете я не читала. Пусть летят к чертям собачим слепые критики, пусть идут лесом гомофобы! Эта серо-белая книжица с изящными вкраплениями серебристых чернил именно так переливается внутри цветами, чувствами и жанрами, сохраняя самое себя, как те же белые и серые цвета в живописи зачастую хранят в себе неповторимую радугу, квинтэссенцию живописного дара каждого автора. И так же, как все творения это жизнь под покровом смерти, фиксация жизни средствами ее угасания. Хроме досталось уникальное очарование: буквально умирающий от спида автор, теряющий зрение, но пишущий об истончике зримого. Живи!

Книга оставила хорошее впечатление о личности автора, хотя до этого я совершенно ничего не знала об этом человеке. Форма повествования в ней постоянно меняется, и от этого меняется также уровень удовольствия во время чтения. Иногда это просто поток сознания, который сложно понять. Для меня он казался совершенно бессвязным, возможно, потому, что я, что называется "не шарю" в контексте. Эти места были самыми скучными и их хотелось быстрее пролистнуть. Однако выбранные выдержки из работ различных авторов о цвете и об искусстве, а так же рассказы о нахождении и производстве различных красительных пигментов меня очень порадовали. Иногда здесь встречаются и автобиографичные отрывки. Глава о голубом цвете - самая грустная из всех - повествует о больницах, о болезни и раскрывает личные переживания автора. Пожалуй её можно назвать самой примечательной и искренней в книге. Читая её, я не ощущала той отстранённости автора от меня, когда он заваливал мне сознание непонятными перечислениями и ассоциациями. Советую тем, кто любит странные книги без сюжета и с убаюкивающей атмосферой.

В русском языке есть понятие «смысловой окраски» слов. Без контекста сложно привести явный пример этого, но я попробую. Допустим: слова «плохо», «отвратительно» и «ужасно» относятся к отрицательной характеристике объекта, но каждое из них имеет более ярко выраженную негативную форму.

Вот на подобных окрасках слов автор и пытается передать отличительные особенности каждого цвета.

Он пытается объяснить цвет словами, с помощью чувств, эмоций, индивидуального видения, личного опыта.

Помимо этого в книге присутствует (совсем немного) и теоретическая часть. Какой цвет нужно смешать с каким и в каких пропорциях что б подучился какой-то другой цвет. Или в каких годах и каким образом научились добывать такой-то или такой-то цвет.

В общем, если вы связаны с изобразительным искусством непосредственно - скорее всего, вы кайфанете. Я подчеркнул себе несколько интересных мыслей и большего почерпнуть не смог.

Наибольшим комплиментом в принципе для любой информации - будь то услышанные слова, текст, песня, фильм, etc. - я считаю последующую рефлексию на неё. Более того, когда эта информация - в данном случае книга - вызывает ещё кучу эмоций и узнаваний в поле, то комплимент мой выражается в словах. Книга прекрасна (!), потому что она вдохновляет!

Всю свою жизнь я заваливал тесты на дальтонизм. Первые пару картинок, в которых среди разноцветных кружочков необходимо узнать цифру, я ещё кое-как проходил, а дальше уже всё. Я не помню, чтобы меня особо учили цветам. Вряд ли я дальтоник, просто тесты эти – тупое обобщающее насилие над самостью уникальных снежинок. Цвета я различаю. Правда разницу между бирюзовым, цветом морской волны и холодными оттенками зелёного я не понимаю до сих пор. Влияет ли это на мою жизнь? Самую малость. В силу неизвестности названия цвета, мне остаётся лишь чувствовать их. Оттого у меня никогда не получалось передать цвета через камеру или слово. Как объяснить, что солнце в небе не просто оранжевое, а в каждый отдельный день может быть то мандариновым, то апельсиновым, то грейпфрутовым? Иногда, цвета дыни. Ананасной, а то и колхозной.

Мне редко приходилось выбирать из искусственных RAL-ов – для фотошопа, или покраски металлических деталей на работе. Тем лучше. Потому что цвет не стал для меня мукой профессионального выбора. Вы только представьте, что для каждого человека – один и тот же цвет содержит разные характеристики его чувствования.

Для живописцев, как и мастеров маникюра, цвет в краске. Густой, с запахом и возможностью прилипнуть к коже и заполнить собой её поры. «Все цвета пахнут скипидаром и богаты олифой, выжатой с бледно голубых льняных полей» (Дерек Джармен. Хрома). Цвета стоят денег! Цвета имеют форму, она заполняет баночки и ванночки. Цвет неоднозначен – смешав его с другим получится новый.

Что же до хирургов, терапевтов и прочих узких специалистов, работающих на людях – для них цвет сопровождается расплывчатой структурой и носит ярлыки «здоров» и «болен». Зелёная рвота, жёлтая моча, красная кровь, синяя гематома, коричневый калл, серые мешки под глазами. Всё это не просто оттенки человеческого состояния, но и возможности к исправлению их.

Сколько ещё в мире людей, работающих непосредственно с цветом – швеи (где важны балансы и спектры цвета); фермеры, продавцы фруктов, овощей, цветов и специй (цвет придаёт им однозначности); транспортники (сумбур потока машин регулируется переключением трёх узнаваемых цветов); киноделы и создатели игр (цвет может напугать, рассмешить, расстроить – в общем вызвать чувства); ритуальники (цвет подтверждает скорбь) и ещё много кто.

Что такое цвет? Это реакция органов чувств человека на жизнь. Ни для кого не секрет, что цвет для человека возможен лишь благодаря преломлению света на объекты. Нет света – нет цвета. В темноте мы не видим и лишь закрыв глаза можем кое-как, благодаря сознанию, воспроизвести некоторые оттенки и цвета. Чувствование самой жизни – это и есть узнавание цветов. Если есть цвет, значит есть и свет, а в месте с тем чувство безопасности и распознание самоидентификации.

Мы всматриваемся в цвет глаз другого, чтобы понять его и окунуться в океан его чувств. Голубой, зелёный, каштановый. Покрываемся солёной коркой серой соли, а после очищаем свою кожу для нового проникновения в самую суть другого.

О чём наши мечты, фантазии и желания? Всё так же – о цвете. Розовых сосках, синих татуировках, красных машинах, голубом небе, персиковой коже, чёрном кофе, белоснежном свадебном платье. И самое главное – они о том, чтобы чувствовать самого себя в загаданной палитре.

Сейчас, как никогда, актуальность приобрёл зелёный цвет. Оттенок хаки. Защитный цвет для человека. Защитный цвет для планеты. Трава, и листва на теле земли – это волосы, которым необходимо питание не только от влаги дождя, но и человеческой плоти, что обретает покой в черной земле. Часто ботинки война – чёрные, для лучшего единения и заземления с землёй. Воин станет добычей земли, что ещё более прикроет свою сезонную интимность и уязвимость. Чем успешнее воин, тем насыщеннее его защитный цвет. Его панцирь и щит. Боль война приобретает красные очертания крови, чёрной гари и серой седины на висках. Цветовая гамма воина меняется со временем, но поражение всегда носит один и тот же цвет – чёрный. То ли дыма от сжигания, то ли земли, в которую окунается уже не воин, а лишь пораженческая форма этого война.

В то же время, зелёный сейчас – наступающей весной – это признак новой жизни. Белые и серые замерзания сменяются теплотой зелени, что сумела выжить. Каким бы ни был оттенок цветка, ножка его и листья его – зелёные. Это пульсирующие вены природы, что перегоняют кровь и взрываются фонтаном теплых оттенков цветов. Цвет моих глаз – зелёный. Я вижу его каждый день своей жизни. Когда он пропадёт под веками, я больше не смогу как тот цветок, выражать яркость. Выражать жизнь.

Зелёный сейчас – надежда на лучшее будущее, потому что, встретив зелёный в природе, мы сможем пережить всё на свете. Зелёный – это новая жизнь! Хоть и логичное продолжение старой, умершей ещё в сером феврале.

Вглядитесь в вашу комнату поздно вечером, когда вы уже больше практически не можете различать цвета, — затем включите свет и нарисуйте то, что вы видели в сумерках. Существуют пейзажи и изображения комнат в полутьме, но как вы можете сравнить цвета на этих картинах с теми, которые вы видели в полутьме? Цвет светится в своем окружении. Так же, как и глаза улыбаются лишь на лице. (Людвиг Витгенштейн. Комментарии к цвету)

Гуляя, я иногда останавливаюсь, чтобы разглядеть объект – он привлекает меня не только движением, или статикой, но ещё и цветом. Одинаково удивляют как ящерицы цвета травы, так и броские фиолетовая юбка гуляющей дамы. Пялится на формы – один процесс, пялится на цвет этих форм – совсем другой. Разница, как и всегда, в вызываемых чувствах. Формами часто хочется обладать, или хотя бы прикоснуться. Цветом же – одно основное желание – созерцать.