Больше, чем люди

Ничего не хочу, — сказал он и набросился на еду. Нет ничего в мире лучше приятного ощущения во рту и желудке, пощипывания эля и неописуемого волшебства поджаренной корочки.

Людям необходимо верить, что они в чем-то выше других.

Психиатрия подобна карте дорог. Всегда существует множество путей, чтобы добраться с одного места на другое.

Иногда то, что ты ищешь, то, что способно тебя избавить от всех бед, настолько отталкивающе, что ты не хочешь к нему приближаться. Или пытаешься от него спрятаться.

Плачут только тогда, когда есть надежда на помощь.

Психиатрия снимает слой за слоем с луковицы души, пока не доберется до кусочка незапятнанного эго. Или: психиатрия роет шурф, как на нефтяной скважине, проходит вниз, в сторону, снова вниз, обходит слои грязи и скал, пока не добирается до податливых слоев. Или: психиатрия берет горсть сексуальных мотиваций и швыряет их на китайский бильярд твоей жизни, так что они сталкиваются с различными эпизодами.

Так Лоун постиг самого себя. И подобно многим другим, достигшим того же пункта, обнаружил на этой вершине, что впереди огромная гора.

«А что так прекрасно в невинном?»...
«Прекрасно ожидание». Ожидание конца невинности.

Почему-то сознание своего одиночества помогает.

Человек цепляется за определенности, особенно когда он один.

Дурак не знал ни веселья, ни радости. Спектр его ощущений располагался между ужасом и удовлетворенностью.

Человек всегда готов бежать к людям, а животное — от людей.