Этнонационализм в Европе

Как у исследователей национализма, у участников дебатов об этничности можно различить два направления. Для "примордиалистов" ("Primordialisten"), к которым относится, например, американский антрополог Клиффорд Гертц, этния представляет собой естественный, даже, может быть, биологический предмет. Этния определяется общим происхождением и общей культурой.
Против этой перспективы возражают "конструктивисты" ("Konstructivisten"), которые выдвигают на первый план то обстоятельство, что этничность - это современный вид организации культурных различий социальным и политическим способом. Представители этой школы считают, что культура и язык, происхождение и история не представляют собой нечто естественное, так как культуру все время можно формировать.
Примордиалисты видят в этничности нечто заранее заданное, а конструктивисты - нечто ситуативное, еоторое возникает только во взаимодействии с другими группами. Конструктивисты уделяют основное внимание политической стратегии группы, которая четко проявляется в контакте с другими группами и пытается найти свое место с помощью культуры. При этом важную роль играют такие символы, как религия, язык обычаи, институты, музыка и искусство.

Дколонизация придала национальному вопросу новое звучание. В качестве преемников европейских государств прежние колонии "третьего мира" теперь создавали собственные национальные государства. В связи с этим ученые в области социальных наук в значительно большей степени занялись процессом образования наций за пределами Европы, так как они считали, что этот процесс в самой Европе уже закончился. В Западной Европе движение за объединение создавало впечатление, что эра национального государства закончилась навсегда.

В XIX веке в Европе создание национального государства стало очень важной политической программой. Правительства сделали язык так называемой государствообразующей нации монопольным языком и поэтому ориентироались на языковую исключительность в политике, экономике и культуре. В исторической действительности государство было обосновано с философской или теоретической точки зрения. Правительства связали друг с другом национальную идентичность и гражданство и потребовали от своих граждан абсолютной лояльности в политической, военной и культурной сферах. Нация получила статус политической религии.

В революционной Франции третье сословие взяло власть в свои руки от имени нации и народа. Революционный республиканизм сделал из подданых граждан, которые стали носителями нового национального государства. Национальная идентичность и гражданство соединились друг с другом.
Этот процесс можно было наблюдать и в Германии, хотя общие условия были иными, чем во Франции. Как я уже писал выше, немецкое восприятие имело этнокультурную форму. Во всяком случае нужно рассматривать империю Бисмарка с ее областями, использующими разные языки, как неполное национальное государство. Только в 1913 г. было этнизировано немецкое гражданство

"Этнические чистки" везде происходят сначала в головах, на поле языков и символов. Итальянская журналистка и эссеистка Николе Янигро пишет относительно бывшей Югославии:

Политическому делению предшествовала этнолингвистическая чистка, и она оказывается действенным инструментом для социальной и политической дискриминации других. Различные ударения, различные слова выдают это, и тогда Стеван превращается в Степана, а Йованка в Иванку

Церкви со своими универсальными притязаниями представляют собой поликультурные интеграционные модели, которые способны подчеркнуть всеобъемлющее, "католическое" - в греческом смысле слова - и тем самым помешать сотворению кумира из нации. Церкви и религиозные общности могут избежать грозящей опасности националистической инструментализации только тогда, когда дистанцируются от нации как этническое и языковое единство. Как подчеркивает Хозе Казанова, церковь и религия должны использоваться для такого цивилизованного общества, которое этнической принадлежности предпочитает индивидуалистическое право гражданства

В Старой Европе в првую очередь церковь поддерживала высокоразвитую культуру благодаря своему духовному сословию; в современном обществе она теряет эту роль. Эрнест Геллнер правильно заметил, что культура возможна и без церкви. Национальное государство выступает вместо двора или духовенства. В противоположность прежним временам сегодня уже не религия, а государство поддерживает культуру. Люди идентифицируют себя со своей культурой, которая обеспечивает их развитие. Они чувствуют себя связанными со своей культурой и своим национальным государством

Национализм, очевидно, в состоянии заменить религию, так как он удовлетворяет религиозную духовную потребность и религиозную потребность в общности. В той степени, в какой люди дистанцируются от уже существующих христианских религий и их обыденной религиозной практики, они начинают искать им замену. Решающим поворотным пунктом почти во всех странах была индустриализация, которая способствовала религиозной индифферентности и изменению отношения к церквям. Отсюда духовный вакуум, который в Европе наполнился националистическим духовным содержанием.