Испытание детством. На пути к себе

Эта двойственность, амбивалентность всегда свойственна людям,травмированным в детстве. У них всегда неадекватная самооценка: с одной стороны, заниженная, то есть им кажется, что они никогда не справятся с поставленной перед ними задачей или ситуацией, в которой они оказались; но одновременно будет присутствовать и завышенная самооценка, то есть ощущение,что именно ты и можешь решить эту задачу или найти выход из этой ситуации,причем сделаешь это лучше остальных. Однако страх и отсутствие права на ошибку парализуют этих людей, и любые поползновения к активности часто сводятся к нулю. В результате человек ничего не делает, никак себя не проявляет,но внутри его бурлит та активность, которая так и не выплеснулась наружу. Это очень опасное состояние, вредное с точки зрения психологического здоровья. Оно приводит к различным нарушениям, таким как неврозы, психосоматические расстройства и так далее.

Мы долгое время имели страну, постулировавшую определенное отношение к человеку как к винтику, шестеренке системы, который нужен только для того, чтобы обеспечить бесперебойное функционирование всего механизма. Иными словами, никто не говорил ни слова о личности, об индивидуальности, о ценности человека как такового, вне зависимости от его функционального значения для общества. Сам человек со своей уникальностью и неповторимостью был обществу совершенно не нужен. Любое культурное событие, будь то спектакль, фильм или художественная выставка, ориентированные на человека, пытающиеся проникнуть в глубь его личности, понять его смыслы, мотивы, ценности, вызывали у властей неприятие и отторжение. Такие события закрывали, запрещали, «клали на полку», дабы не разбудить человеческое в человеке.Позволим себе некоторое теоретическое отступление. Обратимся сначала кЮнгу и его идее антиномичности, противоречивости человеческой психики.Квинтэссенция этой идеи заключается в том, что установка, представленная сознанием, будет иметь прямо противоположное значение в бессознательном. К примеру, человеку на сознательном уровне свойственна экстравертность(обращенность вовне), то есть человек легко и свободно контактирует с людьми.Однако присмотритесь к таким людям – им очень трудно быть открытыми в ситуации глубокого, доверительного личностного общения, то есть на бессознательном уровне присутствует интроверсированная установка личности.И наоборот, человек-интроверт, удовлетворяющий свою потребность в общении через небольшое количество контактов, в близком интимном общении открывается навстречу собеседнику всей своей глубиной, то есть на бессознательном уровне является экстравертом.Так вот, рассуждая вслед Юнгу, можно предположить следующее: если в сознании советского человека был укоренен стереотип о собственной ненужности,бесполезности, то в бессознательной части психики осуществлялась та самая парадоксальная компенсация: на сознательном уровне – «я не нужен», но на бессознательном – «я не просто нужен, я необходим и помещаю себя в центр происходящего!». Таким образом мог формироваться глубокий не осознаваемый паттерн эгоцентризма, причем инфантильного, детского, ведь именно детство характеризуется, с одной стороны, слабостью, беспомощностью, безответственностью, а с другой – эгоцентрической установкой в отношении к жизни. Эти размышления легко проиллюстрировать – достаточно посмотреть вокруг, и мы увидим множество «взрослых» людей, играющих в детские игры,дабы удовлетворить свои детские инфантильные, эгоцентричные потребности.Надо заметить, что эгоцентрики нашего постсоветского пространства сильно отличаются от западных эгоцентриков. У наших масштаб больше и размах шире. И это не удивительно, ведь на Западе не было такого перманентного унижения личности в течение нескольких десятков лет. Там социальной и культурной нормой является ценность человеческой жизни, ценность личной уникальности, и,соответственно, западные эгоцентрики – это всего лишь бытовые эгоцентрики, не претендующие на масштабное распространение собственного эгоцентризма в размахах страны и общества.

"Цель настоящей психотерапии, нацеленной на человека, - не обеспечение комфортного состояния, не обслуживание требований и желаний Эго, а создание условий для вырастания самого человека, возможностей встретить сложные обстоятельства жизни лицом к лицу, помощь в преодолении страха перед собственными негативными переживаниями и способность занять позицию в отношении самого себя, своих чувств, мыслей и действий."

"Психологическая работа - не столько лечение, сколько тренировка и навык постановки "честных вопросов" и поиска "честных ответов" в отношениях с самим собой и собственной жизнью."

"... ребенок, находящийся в эмоционально трудных обстоятельствах и не получивший искренней поддержки и понимания близких взрослых учится блокировать, вытеснять свои негативные переживания."

"Я, к большому сожалению, часто вижу взрослых, на первый взгляд вменяемых и неглупых людей, обижающихся на собственных детей, которым не исполнилось ещё и пяти лет. Это настолько же нелепо, на сколько бессмысленно. Можно сказать жёстче - эти родители ещё сами являются детьми в личностном плане и потому воспринимают детей как конкурентов в тех или иных обстоятельствах."

"Когда взрослый спокойно и мудро относится к негативным всплескам ребёнка, когда он показывает малышу, что ничто не может нарушить той главной глубиной связи, которая есть между ними, то и ребёнок перестает бояться своих негативных эмоций, легко преодолевая их."

"Антиномия снимается только в Духе", - учил отец Павел Флоренский. Полноту жизни не возможно обрести без Бога, без Его животворящего Духа, совершающего чудеса! Нам надо открыть своё сердце навстречу Творцу, позволить Ему войти не только в наше настоящее и наше будущее, но отворить Ему дверь и в наше прошлое, которое живёт и пульсирует в нас всегда. У Бога нет преград в виде времени и пространства, и потому Он может войти в любое мгновение нашей жизни и исцелить раны нашей души, которые нам порой исцелить не под силу. Только впустив Бога в свою жизнь и в своё сердце, мы обретаем "блаженную весомость бытия".