Недоросль. Бригадир

Скотинин. Я никуда не шел, а брожу, задумавшись. У меня такой обычай, как что заберу в голову, то из нее гвоздем не выколотишь. У меня, слышь ты, что вошло в ум, тут и засело. О том вся и дума, то только и вижу во сне, как наяву, а наяву, как во сне.

-Ночь всю така дрянь в глаза лезла.

-Какая ж дрянь, Митрофанушка?

-Да то ты, матушка, то батюшка.

Знаю, знаю, что человеку нельзя быть ангелом. Да не надобно быть и чертом.

... у кого чаще всех господь на языке, у того черт на сердце...

Люди не одному богатству, не одной знатности завидуют: и добродетель также своих завистников имеет.

Бригадирша (плача). Теперь Игнатий Андреевич напади на меня ни за что, ни про что. Ругал, ругал, а господь ведает за что. Уж я у него стала и свинья, и дура; а вы сами видите, дура ли я?
Добролюбов. Конечно, видим, сударыня.

Сын. Париж понравился мне, во-первых, тем, что всякий отличается в нем своими достоинствами.
Бригадир. Постой, постой, Иван! Ежели это правда, то как же ты понравился Парижу?

Великий государь есть государь премудрый. Его дело показать людям прямое их благо. Слава премудрости его та, чтоб править людьми, потому что управляться с истуканами нет премудрости. Крестьянин, который плоше всех в деревне, выбирается обыкновенно пасти стадо, потому что немного надобно ума пасти скотину. Достойный престола государь стремится возвысить души своих подданных.

В человеческом невежестве весьма утешительно считать все то за вздор, чего не знаешь.