Цитаты из книги Wuthering Heights

Не становись похожим на злобного щенка, который вроде бы понимает, что получил пинок по заслугам, но все равно ненавидит того, кто его пнул, а заодно и весь мир.

Доброе сердце-залог прекрасного лица, мой мальчик, даже если оно черно, как у негра. А злой нрав, даже писанного красавца сделает хуже чем просто безобразным.

Я слишком счастлив; и всё-таки я счастлив недостаточно.

He can’t be made morally worse than he is; and I stand between him and bodily harm

‘I seek no revenge on you,’ replied Heathcliff, less vehemently. ‘That’s not the plan. The tyrant grinds down his slaves and they don’t turn against him; they crush those beneath them. You are welcome to torture me to death for your amusement, only allow me to amuse myself a little in the same style.‘

Pray, don’t imagine that he conceals depths of benevolence and affection beneath a stern exterior! He’s not a rough diamond—a pearl-containing oyster of a rustic: he’s a fierce, pitiless, wolfish man. I never say to him, “Let this or that enemy alone, because it would be ungenerous or cruel to harm them;” I say, “Let them alone, because I should hate them to be wronged.”

Старик сидел неподалеку и доил коров при свете фонаря, который я не постеснялся схватить; и, крикнув, что завтра пришлю им фонарь, я устремился к ближайшей калитке.

He took to Heathcliff strangely, believing all he said (for that matter, he said precious little, and generally the truth), and petting him up far above Cathy, who was too mischievous and wayward for a favourite.

Мой дух и твой дух – это одно и то же. Какая бы ни была создана наша душа, твоя и моя – одинаковы.

...постоянная тяжелая работа от зари до зари убила в нем былую любознательность, всякую любовь к книгам и учению.

Как много эгоизма в любви. 

мильëн персонажей на одной странице, ооооооооооочень нудно... было несколько попыток.

Жизнь слишком коротка, что бы тратить её на не понравившиеся книги! (с) Настя

однако души их стремились к одному – одна любила и желала чтить, другая любила и желала почитанья, – и посему достичь места назначенья умудрились оба.

«Я знаю, что характер у него дурной, – сказала Кэтрин. – Он же ваш сын. Но я рада, что я лучше его и умею прощать; и я знаю, что он любит меня, а посему люблю его. Вас же, господин Хитклифф, никто не любит; сколь жестоко вы нас ни терзайте, мы отмщены, ибо знаем, что бессердечие ваше проистекает из великого вашего несчастья. Вы ведь несчастны, не так ли? Одиноки, как дьявол, и равно завистливы? Вас не любит никто – никто не заплачет о вас, когда вы умрете! Я бы с вами судьбою не поменялась!»

Я его люблю больше, чем себя, Эллен; и вот откуда я это знаю: каждую ночь я молюсь о том, чтобы его пережить, ибо пусть лучше горюю я, чем он; а значит, я его люблю сильнее, чем себя