Чердак на Орчард Роуд с видом на виллу ля Гранде

Однажды я написал тебе: « Жизнь стала скучнее, кажется, самое интересное и счастливое время прошло - осталась ерунда. Вспоминая ту жизнь, я грущу, но хорошо, что в памяти есть тот снег, как скользили лыжи, тот туманный день и морось и даже скрип той подводы, что подвозила тебя к селу. Мне кажется, что, если бы вернуть то лето и ту весну, все было бы по-другому».

В нос резко ударил застарелый запах давно не проветривавшегося помещения, восточных благовоний, замешанный на запахе старости. Этот запах настойчиво преследовал его, он не любил стариков, боялся старости и ненавидел старые дома. Ему казалось, что в таких домах непременно живут тени умерших людей, водятся домовые и по ночам оживают старые портреты