Зачем цветет лори

Чудовище. Чудовище с нежными руками и совершенным телом, с зелеными глазами и нечеловеческим сознанием. Совершенное зло.

"Смерть- всего лишь часть жизни, неизбежность, с которой легче смириться и принять."

"Но монахиня из обители скорби ничего не знала о любви, кроме того, что она не всегда бывает красивой и романтичной. Или нужной. Порой она случается там и с теми, кто этого не хочет и не ждет. И порой она бывает такой, что хочется выдрать из себя с корнем."

Любить - удел простолюдинов. А богачи привыкли пользоваться.

– Тебя слишком заботит чужое мнение, Оникс. – Лавьер протянул руку и погладил ее по щеке. – Тебя заботят чужие жизни и судьбы, которые никак не связаны с твоей. И поэтому тобой легко управлять. Впрочем, – он улыбнулся, – управлять легко практически всеми. У людей слишком много страхов, обязательств, привязанностей или пороков, которыми они связаны. К каждому можно подобрать свою плеть и заставить плясать.

То, что она чувствовала к Рану Лавьеру, было слишком сложным, чтобы можно было объяснить. И слишком болезненным. Она даже не знала, каким словом назвать это чувство, и не была уверена, что здесь уместно слово «любовь». Но монахиня из обители скорби ничего не знала о любви, кроме того, что она не всегда бывает красивой и романтичной. Или нужной. Порой она случается там и с теми, кто этого не хочет и не ждет.

И порой она бывает такой, что хочется выдрать из себя с корнем.

«Оникс лежала на его руках и смотрела в лицо мужчины. В ее глазах он видел отвращение.
И не понимал, почему ему больно. Может, раяна тоже обладает даром тьмы? Способна взглядом причинять боль? Как странно...»

В нашем мире родиться с даром или родиться раяной – одинаково мерзко. И там, и здесь итог один, а жизнь такая, как прикажут. Раянам – умирать, псам – убивать.

— Поцелуй меня. Иначе, — сказал он, — иначе я разложу тебя на этом столе и отымею прямо здесь. Поняла меня? А этих чопорных старых перечниц заставлю раздеться и сплясать.

— Куда ты меня несешь?
— К воде.
— Топить?

Лавьер неожиданно растерялся. Просто, когда он увидел, с каким удовольствием она жмурится, перекатывает во рту сладость, которую ей дал другой мужчина, внутри словно бездна развернулась. Хотелось убить Гахара, схватить в охапку раяну, спрятать ото всех, не позволить другим к ней приближаться, смотреть на нее, думать… Хотелось заорать «моя», на весь свет.

Все знали, что с Лавьером лучше не связываться. Его боялись. Его уважали. И им восхищались. Издалека.

Любить - удел простолюдинов. А богачи привыкли пользоваться.

– Я пришлю тебе новое платье, раяна.
Поднялся, поднимая с пола свою одежду.
Новое платье? Пришли мне новое сердце, аид. Старое ты искромсал в клочья.

Оникс выросла там, где остальные умирают, и это сильно способствовало оптимистичному взгляду на жизнь.

Мужчина… Даже сильнейшие из них, обладающие магией и властью, бессильны перед болью и желчью разбитого сердца

Раяна нашла свой ответ на вопрос: зачем цветет лори.