Цитаты из книги The Midnight Line

Ричер закончил школы практически всех видов боевых единоборств, какие могла предложить армия, на разных базах, где служили седеющие ветераны, умевшие делать вещи, которые нормальный человек и представить себе не мог. Обучение в таких школах заканчивалось отметками в секретных досье, а также множеством синяков и сломанных костей.

— Вест-Пойнт имеет еще одно название — Военная академия Соединенных Штатов, — сказал Ричер.

Ричер положил на стол левый кулак размером с цыпленка из супермаркета. Длинные толстые пальцы с суставами, похожими на грецкие орехи. Старые шрамы и порезы, давно исцелившиеся и ставшие белыми на фоне летнего загара.

Что-то в архитектуре подсказывало, что это молочная страна. Магазины формой напоминали старомодные коровники. Где-то затаилась та же ДНК.

Мишель написала ее шариковой ручкой на почтовой бумаге мотеля, ставшей волнистой от влаги. Элегантной была форма выражения. Она написала: «Ты подобен Нью-Йорку. Я с удовольствием его посещаю, но не могла бы там жить».

Для некоторых людей дом - это первое место, куда они возвращаются. А для других - последнее.

Выбирать следует правильных друзей.

— Тогда логично свернуть на следующем же повороте. Едва ли их будет два на промежутке в девять миль. Это Вайоминг. Следовательно, первый поворот — наш, в какой бы момент он ни появился. — Совсем неплохо для ФБР, — сказал Ричер.

— Мне лишь известно, что она получила «Пурпурное сердце». А это могло означать все что угодно, — от царапины до потери конечности.

— Близнецы — это братья и сестры, и у них все бывает по-разному.

Тогда он вошел в другое меню и выбрал вариант: считать новым сообщением. Теперь экран показывал, что есть одно новое сообщение, как в тот момент, когда Ричер взял в руки телефон. Возможность дезавуировать действия подчиненного. Один ноль в пользу Бюро.

— Вставать утром — тоже риск. Может случиться все что угодно.

Это Вайоминг, никто не сует нос в чужие дела.

Чтение карты. Разница между победой и поражением.

— Как дела? — спросила девушка. — Продвигаюсь вперед, — ответил Ричер. И перевернул страницу.

Терпеть не могу ковбоев. Нет ничего, что бы я мог им сделать, и чего бы им уже не сделала лошадь.

Большинство ранений оставляют следы. Но раны исцеляются и ты идёшь дальше. Почти всегда. В большинстве случаев.

Каждый день становится сегодняшним, когда ты до него доживаешь.

Reacher said:

• Who are you?

• I came by to get something.

I was going to say our next move should be go talk to Porterfield's neighbors. But I don't know exactly what that means out here. Everyone lives twenty miles from everyone else. I bet they never see each other.