Lost in Shangri-la

Умиротворение призраков было основной причиной войны, но не единственной. В изолированной долине, где достаточно еды и воды, где люди отличались крепким здоровьем, где царил умеренный климат и не отмечалось смены времен года, где ничто не менялось, война являлась основным развлечением и поводом для единения людей. Она удовлетворяла основную человеческую потребность в празднике. Гибель на войне и последующие погребальные ритуалы порождали обязательства и долг, сплачивали людей, порождали общие воспоминания. Иногда войны приводили к переменам внутри союзов. Это было чем-то новым — пусть даже не всегда хорошим. Война имела и практическое значение: гибель воинов сокращала мужское население, а это позволяло выжившим мужчинам брать себе новых жен. В туземных деревнях не было несчастных холостяков.

понять мотивы, побуждающие туземцев к войнам, очень трудно. Они воевали не за землю, не за богатство и не за власть. Никто из них не собирался истреблять или завоевывать соседей, никому не было нужно защищать свой образ жизни или менять убеждения своих врагов. Убеждения и верования у всех туземцев долины были одними и теми же. Никто не считал войну неизбежным злом, результатом неудачных дипломатических усилий или нарушением желанного мира. Ни одна из сторон не ждала мира. Война просто никогда не кончалась. Она просто перемещалась в другие регионы долины, разгоралась и затухала. Но никогда не кончалась. Война была наследством каждого местного ребенка.

Они боялись духов предков, но поклонялись богам. Они нежно относились к детям, но отрезали девочкам пальцы в честь умерших родственников. Свиней они считали членами семьи — женщины даже иногда кормили поросят грудью. И при этом они безжалостно забивали их при необходимости. Они строили сторожевые башни высотой тридцать футов, но единственной их мебелью были погребальные кресла для покойников. Они выращивали крепкий табак, но никогда не получали спирта. У них царила полигамия, но мужчины и женщины всегда спали порознь. Они ценили ум, но не испытывали любопытства. Особое значение придавалось верности. Приветствуя близких друзей и родственников, они говорили: «Хал-лоак-так», то есть «Позволь мне съесть твои экскременты». Истинный смысл этих слов — «Я могу сделать для тебя самое немыслимое».

С начала войны на Новой Гвинее разбилось более шестисот американских самолетов — некоторые погибли в боях, но многие потерпели крушение из-за погодных условий, механических повреждений, ошибок пилотов, горных вершин, прячущихся в облаках, и неточных карт. Сотни японских, австралийских, английских, новозеландских и голландских самолетов погибли на этом острове. Некоторые удалось найти, но большинство осталось навсегда погребенным в густой зелени дождевых лесов. К 1945 году на Новой Гвинее пропало самолетов больше, чем в любой другой точке мира.

Маргарет прибыла в Голландию через восемь месяцев после завершения военной операции по установлению контроля над этой частью острова. К тому времени военные действия в этом секторе Тихоокеанского региона почти прекратились. Тысячи вооруженных японцев все еще скрывались на острове, но вблизи Голландии их не было. Тем не менее, армейские лагеря и одноэтажное здание штаба строго охраняли. Женщины находились под усиленной охраной. Территория, на которой стояли женские палатки, была обнесена колючей проволокой, ОДНА ИЗ ЖЕНЩИН БЫЛА НАЗНАЧЕНА СТАРШЕЙ ПО СВОЕЙ ПАЛАТКЕ. ПОД ПОДУШКОЙ У НЕЕ ХРАНИЛАСЬ ИНСТРУКЦИЯ НА СЛУЧАЙ ЗАХВАТА ЛАГЕРЯ ЯПОНЦАМИ. ОНА ДОЛЖНА БЫЛА УБИТЬ СВОИХ СОСЕДОК, А ПОТОМ ПОКОНЧИТЬ С СОБОЙ.