О книгах по-серьёзному
Bookvoeshka
- 88 книг

Ваша оценка
Ваша оценка
Балаганное, шутошное, но не лишенное изящности предположение, что "Буратино" может являться зашифрованной отсылкой к истории Нового Завета.
И правда, количество совпадений заставляет задуматься.
Шикарная конспирология!
10(ШИКАРНО)

Воткнулась в эту небольшую книжонку совершенно случайно, привлекла обложка, и больше половины я прочла прямо в магазине. Дочитывала уже дома. Я и раньше удивлялась, когда читая о Красном графе – Алексее Толстом, встречала активные поиски прототипов моих любимых героев из Золотого ключика. Пьеро отождествляли с Блоком или Вертинским, Карабаса Барабаса – с Мейерхольдом, Мальвину - с Любовью Менделеевой. А в этой книге Виктор Точинов представляет «Золотой ключик» апокрифом Евангелия от графа Алексея Толстого или апокрифом времен построения социализма. И евангельские роли исполняют деревянные человечки и прочие персонажи сказки. Автор находит, и пытается убедить нас в этом, много совпадений с евангельскими притчами. Где-то возразить трудно, что-то совершенно парадоксально и притянуто за уши. Пишется все и воспринимается с большой долей иронии. Много любопытных аллегорий. Много объяснений символов. От символики самого Золотого ключика до символики нового сверкающего кукольного театра, найденного за дверцей в каморке папы Карло. При этом, автор оставляет возможность читателю не останавливаться на прочитанном, а самостоятельно провести анализ, утверждая, что тем для анализа в сказке – «непаханая целина».
Это слова Моше бен Маймона или Маймонида (врача и талмудиста 13 века), которые Точинов сделал эпиграфом к своей книге.
И правда, странная история произошла в восточном Средиземноморье 2000 лет назад, когда правил кесарь Тиберия… Быть может, действительно Толстой создавал апокриф, а не просто любимую сказку, наверное, всех детей нашей страны. Намеренно не пишу «ху из ху» по мнению автора. Почитайте. Времени потратите чуть-чуть, но удовольствие получите. Забавно, однако.

Но одному писателю в Советском Союзе, даже в самое нелегкое для литераторов время, было дозволено почти всё... В бытовом плане уж точно: два имения с особняками и полным штатом прислуги; три шикарных авто — в том числе восьмиместный «роллс-ройс» из числа двадцати машин, заказанных для кремлевского гаража... И камердинер, с достоинством отвечавший по телефону: «Их сиятельство уехали в горком...»
Да, речь именно о нем, о «красном графе». Апокриф времен построения социализма сочинил Алексей Николаевич Толстой, любимец Сталина, академик АН СССР, лауреат трех Сталинских премий и прочая, и прочая...

И сразу же вспоминается другая притча, о званых и избранных (в изложении Матфея, у Луки этот эпизод званого пира опущен), — на пиру один из гостей тоже вел себя неподобающим образом и поплатился: «Возьмите его и бросьте во тьму внешнюю: там будет плач и скрежет зубов» (Матфей, 22:13).
Нет ли тут натяжки? — спросит недоверчивый читатель. Можно ли признать темный чулан девочки Мальвины за библейскую «тьму внешнюю» с ее зубовным скрежетом? В чулане ведь тьма внутри? Легко усомниться, но Толстой не позволяет:

Но если рассматривать сказку не просто как сказку, а как апокриф, нестыковка исчезает сама собой: Джузеппе-Иосиф лишь отчим, а настоящий отец у Буратино не так прост – ему сына что из глины вылепить, что из дерева вырезать проблем не составит.
Кто же в таком случае исполняет роль Богородицы, Девы Марии? Ни одного подходящего женского персонажа в первых главах «Золотого ключика» нет – Карло и Джузеппе не то вдовцы, не то убежденные холостяки…
Ответ возможен лишь один: сосна. Итальянская сосна – в дальнейшем Толстой покажет, что сосны в Италии ох какие не простые, весьма отличаются от одноименных российских деревьев… И Буратино на протяжении всей сказки сохраняет свою дуалистичную, двойственную деревянно-человеческую природу: как человек, он страдает от холода и голода, но в то же время не тонет в воде и способен послужить топливом для очага. Аналогия с двойственной, бого-человеческой природой Иисуса очевидна…
Кощунство, говорите? Не мог Толстой вкладывать такой смысл в свою сказку, изображая Богородицу в виде сосны?
Мог. Доказательства последуют ниже, а покамест замечу одно: кто скажет, что Буратино был зачат порочно, пусть первым кинет в меня сосновое полено.
Можно березовое. Или ольховое.












Другие издания
