Тулуз-Лотрек

Неужели надо быть сумасшедшим, чтобы достичь таких вершин? Неужели за все головокружительные взлеты надо обязательно расплачиваться страданиями, тоской и безумием? Ведь за сколькими великими произведениями стоит больная психика их создателя, невроз, патология!

Вы ничего не знаете и никогда не узнаете, вы знаете и узнаете только то, что вам захотят показать!

"Конечно, пить надо понемногу. Понемногу, но часто!"

"Каждый человек рождается королем, но большинство людей умирает в изгнании". -(Оскар Уайльд).

Жизнь беспощадна, но и прекрасна!

Картины Ван Гога – откровение, картины Лотрека – познание. Ван Гог – сама сердечность, Лотрек – сама трезвость. Они, казалось, жили на разных полюсах, однако оба горели одинаковым огнем.

Подумать только, будь мои ноги чуть длиннее, я никогда бы не занялся живописью!

Он резок, правдив и беспощаден именно потому, что стремится как можно решительнее и убедительнее доказать: в этом мире никто никого не имеет права вычеркивать из жизни.

Тому, кто говорит, что ему наплевать, на самом деле совсем не наплевать…потому что тот, кому действительно наплевать, об этом просто не говорит.

Пожалуй, трудно найти человека, который бы так предельно ясно осознавал свою участь и относился к ней так трезво.

Он как безумный носился по жизни, пропитанный ароматом свободы и опасности, но теперь он изнемог и должен сдаться. Он вернулся в лоно своей семьи.

Истинно великое произведение – это танец над пропастью.

Ведь каждый ратует за того, кто ему близок.

«Чем чаще его видишь, тем выше он кажется, и в конце концов ты обретаешь уверенность, что его рост лишь чуть ниже среднего». -(Ренар).

Ведь никому и в голову не приходит, что в любом уродстве есть своя красота. А Лотрек видел эту красоту, он выискивал ее. Он друг и доверенное лицо «несчастных женщин, служащих любви». Он знал их душу. Они прекрасны. Они достойны кисти Беноццо Гоццоли. Да, они прекрасны.

Даже «Тан», газета, не имеющая обыкновения бросать слова на ветер, похвалила художника: «Дорогой наш друг Тулуз-Лотрек, Вы циничны и суровы по отношению к роду человеческому… Вы создаете эпопею падшего общества, обнажая все его язвы. Вы, дорогой наш друг, продувная бестия!».

Октав Маус видел в его произведениях «искусство, свободное как от всяких условностей, так и от литературщины, которое своей откровенной обнаженностью наводит на глубокие размышления».

«Искусство – это умение находить в жизни самое возвышенное».

Море – его друг. «Плаваю я быстро и хорошо, – говорил он, – но зато некрасиво, как жаба».

Он любил рисовать. Рисунок стал для него смыслом жизни. Это была его охота.