
В Хогвартсе тот, кто просит о помощи, всегда ее получает
Продолжаю начало года в компании мальчика, который выжил.
Вторая книга для меня была всегда более пугающей, чем первая и третья. Здесь при всем своем очаровании атмосфера легкости начинает сходить на нет.
Да, она все так же, как и первая таит в себе ту детскую непосредственность, но события в ней более мрачные, как будто автор уже по чуть-чуть начинает готовить читателя к тому, что ждет его в дальнейшем.
Гарри в ожидании своего возвращения в место, которое стало для него домом. И то, что преграды выстраиваются одна за другой не отталкивает его, а только усиливает его жажду и стремление к цели.
Мы видим, как в его обыденную жизнь вводится волшебство, как он знакомится с магическим миром вне школы, видит то, чего сам был лишён с младенчества.
Да и в школе начинают твориться жуткие вещи (любопытно, насколько было скучно учиться/преподавать в школе до тех пор , пока туда не поступил Гарри. Что ни год - экшен), ведь Тайная комната снова открыта. Трепещите, враги Наследника.
Мне очень нравится, как Джоан постепенно расширяет свою вселенную от книги к книги. Мы уже видим крестраж, хотя и не знаем, что это он, но менее жутким от незнания этот артефакт не становится. Она начинает по-тихоньку вкидывать информацию про Азкабан и его стражников, пока не вдаваясь в подробности. Мы видим, то, как Дамболдор начинает прощупывать Гарри, как дает ему подсказки, как укрепляет в нем веру в себя, свой выбор и свои убеждения.
Есть и то, что и сейчас мне кажется немного сомнительный. До сих пор не могу принять тот факт, что Гарри сам выложил Волан-де-Морту инфу о силе материнской любви. Это чёртово ружье, которое выстрелит в четвертой части не должно было быть заряжено самим Гарри ( имхо).
Что поняла для себя. Раньше "Тайная комната" для меня была больше проходной книгой серии перед любимой третьей частью. Сейчас же, выхватив в ней столько сюжетных завязок и отсылок я свое мнение явно пересмотрела. Кажется скоро настанет тот день, когда я перестану сравнивать книги серии и начну относиться к ним как и к самой истории - как цельному произведению.












